Сероводов с тоской втянул ноздрями воздух с запахом большого города, как вдруг заметил, что у стены церкви что-то шевельнулось.
— Свят-свят-свят! — закрестился Сероводов, напрочь забыв о коммунистическом безбожии. — Свят-свят-свят!
Тёмная фигура шевельнулась снова, отделилась от стены и выдвинулась вперёд. Вытаращив глаза, Сероводов увидел, что одна рука у фигуры светится малым огоньком, вроде как от церковной свечи.
«Это конец, — молнией пронеслось в раскалённом мозгу, — Бога попирать никому не дозволено».
Похолодев от ужаса, он схватился за штык:
— Стой, кто идёт? Стрелять буду.
— Не суетись, браток, — вполне человеческим голосом сказала фигура, — разговор есть.
От радости, что миновал кары небесной, Сероводов забыл, что по инструкции обязан задержать нарушителя и при попытке сопротивления уничтожить на месте. Тем временем фигура преобразовалась в молодого мужика в рабочей одежде. Хотя с первого взгляда становилось ясно, что пришелец свой, рабоче-крестьянский, Сероводов поднял винтовку на изготовку.
— Да ладно тебе, браток, свои, — примирительно сказал мужик и спокойно присел на скамейку возле куста сирени. — Ты мне лучше скажи, куда это добро денут? — он кивнул на груду икон вблизи ограды.
— А я почём знаю, — нехотя ответил Сероводов, тем более что на посту болтать с посторонними не полагалось. — Кому сейчас Бог нужен, окромя старух? В костёр бросят.
Незнакомец покачал ногой, перекинутой через ногу.
— Вот и я думаю, что сожгут. Поэтому и пришёл к тебе с просьбой.
Раз этот хлам всё равно никому не нужен, разреши мне взять себе парочку. Я, понимаешь, жестянщик, буржуйки делаю, мне дрова во как нужны, — мужик чиркнул ладонью по горлу.
— Ишь какой шустрый, — ощетинился Сероводов. — Я не для того к охране приставлен, чтоб имущество раздавать направо и налево.
— Ну как хочешь, — покладисто сказал мужик. — Давай закурим, что ли. — Неторопливым движением он достал из кармана пачку «Дуката» и вытряхнул одну папиросу. — Угощайся."
"Сероводов немного поколебался, поскольку хорошего курева давненько не куривал.
Пайковые папиросы выдавались копеечные, а то и вовсе махорка. В самом деле, не убудет от караула, если со своим братом-пролетарием чуток побалакать, тем более что мужик нападать не собирался и на вверенное добро не зарился.
— Можно и закурить. — Сероводов присел рядом и зашарил по карманам в поисках спичек, но мужик вытянул руку, и в прозрачной полутьме блеснул огонёк зажигалки. У Сероводова захватило дух.
