Я рассматривала фотографию красивой молодой женщины и цеплялась за руку братца. Ему повезло, он жил с мамой. Я свою маму никогда не видела. У Кира еще есть отец, я своего уже потеряла…
Теперь его поддержкой была я. Стояла близко, одной рукой сжимая похолодевшие пальцы, другой обхватив за талию, прижимая куртку к телу, чтобы злой ветер не пробирался внутрь застывшего у могилы парня.
— Он не расскажет. Я после смерти мамы с ним не разговариваю. И он сам замкнулся…
— Зато очень быстро окрутил вдову этих…
Баба Галя снова кивнула на меня, а Кир передернулся и теперь сам прижал меня к себе плотнее, от чего сразу потеплело и стало защищеннее.
— Или она его к рукам прибрала. Тут еще разобраться надо. Баб Галь, так что с мамой? Значит, это была не болезнь?..
— Какая болезнь, — вздохнула бабуля. — Таблетки. Наглоталась и заперлась. Никто… Никто не хватился вовремя. Ведь говорила я ему — отпусти доченьку со мной. А он… Ирод! Никогда не прощу.
— Что? — надавил Кир.
— Он же ее по врачам таскал. Больше года.
— Я знаю.
Я думал, она заболела…
— Он тоже это твердит. Что ни при чем. Только я не верю. Если бы моя доченька головой повредилась, я бы поняла. Но нет. Не было никакого помутнения. А вот психиатры и психотропные лекарства у нее были. Если кто и повредил ей мозги, так это его доктора!
— Она?.. У нее же рак?..
Потрясенный Кир вцепился в меня, умоляюще смотря на бабку:
— Он же сказал, она наглоталась от болей… Сильных. Сводящих с ума!
— Врал. Это он сводил её с ума. И я уверена, что нарочно.
На этом обвинении баба Галя развернулась и пошла прочь.
А мы с Киром так и остались у могилы.
Самоубийца.
Кир знал, что мать умерла из-за таблеток, но верил словам Сергея, что это была смерть в избавление от мук. Зато бабка посеяла сомнения, обвинив отчима в доведении до смерти…
Мы ни на миллиметр не приблизились к разгадке. Зато вопросов стало больше.
И страха…
Могу ли я по прежнему доверять Сергею?
Глава 6. Мой страх
К бабе Гале мы не вернулись. Всю дорогу обратно Кир не выпускал меня из объятий, прижимал к себе, терся носом о макушку, но в этом не было ничего вызывающего.
Он скорее был похож на выброшенного из дома котёнка.
Все три часа в автобусе мы так и сидели в обнимку, разошлись только на временной остановке, чтобы дойти до туалета. Там же Кир купил по шаурме, несказанно меня обрадовав, и бутылке газировки.
Домой приехали поздно вечером.
— Как думаешь, — остановила я братца почти на пороге, — Сергей действительно мог…
Я не договорила, не смогла.
