Только придётся выбрать момент, когда крёстный уедет в одну из своих командировок. Он-то, в отличие от Алексея, видел Полину и знает, что она совсем не похожа на меня.
***
Алексей сдержал слово. И хотя врач в больнице настаивал на госпитализации, подписал отказ и не стал меня оставлять, договорившись привозить на перевязки. Мы приехали в его квартиру. Он устроил меня в спальне и съездил в гостиницу, в которой я жила до последних событий. Заплатил за мой номер и забрал чемодан с вещами. Я сразу же переоделась и выбросила всё, что сняла с себя, в мусорную корзину.
"
"Сейчас, когда тайн уже не осталось, мы оба чувствовали себя неловко. Мой муж — я так давно не называла его этим словом не только вслух, но и про себя — ухаживал за мной. Помогал одеваться, готовил еду и возил в больницу. И каждый раз, когда видел мою забинтованную руку, менялся в лице и отводил глаза. А я гадала, сколько ещё пройдёт времени, прежде чем он себя простит. А ведь скоро мне придётся сделать ему ещё больнее.
Несколько раз по привычке муж называл меня Полиной, а потом с досадой замолкал и отворачивался.
В эти минуты мне так хотелось подойти и обнять его, разгладить поцелуем нахмуренный лоб. Но между нами словно существовал какой-то барьер, и мы оба не знали, как его перейти.
Пока я лежала дома, пару раз звонил Архипов, и один раз приезжал навестить меня Кирилл. Притащил корзину фруктов, дружески поздоровался за руку с Алексеем и устроился на кухне за столом. С удовольствием съел ужин, приготовленный мужем, и просидел с нами около часа.
Только говорил исключительно о пустяках, тщательно обходя стороной любое упоминание о том, что произошло.
Зато активно интересовался моим здоровьем и даже дал несколько советов по восстановлению, показав немалую осведомлённость в последствиях огнестрельных ранений. И лишь перед уходом вспомнил:
— Кстати с тем мужиком, что пропал в командировке, отцом твоей двоюродной сестры, смешно получилось. Оказалось, дядька просто загулял, любовницу завёл. К ней и мотался постоянно, а жене говорил, что едет по делам.
Ну а после того, как мы всех на уши поставили, его жена, конечно, всё узнала. И быстро подала на развод. Вот так вот!
Кирилл уехал. Алексей помог мне пересесть на диван, укрыл пледом и принёс чай, сам сел в кресло рядом. За окном постепенно темнело, и комната погружалась в полумрак. Мы оба молчали, но тишина вокруг нас была обманчивой, полной напряжения и недосказанности. Не зря наш гость не упоминал о похищении.
