Мое искушение

— Нам все равно придется это пережить, — вздыхаю, наслаждаясь его лаской. — Он  будет в своем праве. Но ведь и мы не хотели, чтобы так вышло. Чтобы кто-то пострадал. И все равно останемся в его глазах предателями.

— Предателями? — мягко усмехается Илья. — Знаешь, что я понял в последние дни? Люди беспокоятся о том, как будут выглядеть в глазах других. Но самое главное — не предавать себя и свои чувства. Нет ничего более правильного в моей жизни, чем держать тебя в объятиях. Все внутри переворачивается рядом с тобой.

Кто придумал, что вот это, — снова нежно целует мои глаза, губы, — может быть неправильным? Тогда он просто ничего не понимает.

— Конечно, ты прав, — шепчу, отвечая на его поцелуи. Осторожно выбираюсь из надежных рук, ласково провожу пальцами по его лицу, губам, отросшей щетине на щеках и говорю: — Мне пора. Жду тебя завтра с утра. Выспись нормально и не переживай. Со мной все будет в порядке. — Пару шагов делаю спиной, не отрывая от Ильи глаз, потом разворачиваюсь и быстро иду к дому.

Глава 49 Илья

Отпускать Яну — это как отрывать часть себя.

Моя нужда в ней слишком сильна. Прекрасно понимаю, что это похоже на одержимость, но мне плевать. Я уже полностью утонул в этой женщине. И не собираюсь излечиваться от своей «болезни». Наша вчерашняя близость, то, как Яна горячо отвечала мне, не скрывая собственного желания, немного успокоили внутреннего зверя. И я смог пережить эту ночь. Но уже рано утром был на ногах. И пока принимал душ, представлял, как это сейчас делает моя девочка. Тонкие пальцы скользят по коже, обводят сводящуюся меня с ума грудь, спускаются ниже. Прерываю свои видения, врубив ледяную воду. Иначе взорвусь как мальчишка.

Наскоро перекусив и чмокнув в щеку недовольную моим аппетитом мать, запрыгиваю в машину и еду туда, где осталось мое сердце. Поднимаюсь в квартиру, пугая тетю Олю ранним визитом. А я просто не могу ждать. Мне нужно увидеть мое наваждение. Получить свою порцию кайфа. Пусть даже не приближаясь к его источнику. Хотя больше всего мечтаю прикасаться к Яне у всех на виду.

Не прятаться, а показывать, что мы вместе, что имею право ее обнимать, целовать, трогать. Мне все еще нужно убеждаться, что она моя. Что никто ее у меня не отобрал.

Ромка выглядит хмурым и озабоченным. Тетя Оля тоже недовольно поджимает губы, видя, как Яна выходит из гостевой спальни. Похоже, не одобряет ее позицию. А я испытываю облегчение. Хотя и так не сомневался в моей девочке. Она немного смущена, несложно догадаться, почему.