Ее руки ложатся на мою обнаженную грудь, слегка царапая кожу ногтями.
— Я не требую. Яяяаааа, — опять стонет от того, что я начинаю медленно раскачиваться, потираясь об ее киску членом через тонкую ткань ее трусиков и своих шорт.
— Требуешь! — рычу я, сжимая ее волосы сильнее, не отпуская ее взгляда, продолжая имитировать толчки. — Ревностью своей требуешь! Провоцируешь меня! Выводишь на эмоции! Сука! — оттягиваю ее волосы, вынуждая запрокинуть голову, рукой по шее веду, нахожу сонную артерию, ощущая ее бешенный пульс, не прекращая наше трение.
Ксения сама ерзает, трется эротично об меня, чем делает мой член каменным. — Маски хочешь с меня сорвать! И у тебя, мать твою, получается! — меня возбуждает до дрожи ее запах, изгиб шеи, шелковые волосы, которые я сжимаю, сильнее и сильнее, еще больше прогибая ее.
— Дааааааан, — жалобно стонет она.
— Но ты сама не понимаешь, чего требуешь! — выпускаю ее волосы, хватаю за бедра, сжимаю, вынуждаю ее остановиться, не то я кончу. Дюймовочка замирает, рвано дышит, а по телу ее дрожь проходит и мне передается, или это моя дрожь к ней переходит.
Губы облизывает, слегка прикусывает. А мне сожрать всю ее хочется, но медленно, смакуя каждый участок ее тела. И меня затягивает в этот омут. А черт с ней! Будь что будет! Не могу больше этого выносить! Без нее не могу. Попробуем еще раз туда окунуться, только уже не с головой, а слегка пока. Тянется к моим губам, слега их приоткрывая, впиваюсь в ее губы, кусаю, целую, пожираю ее. Ей воздуха не хватает, пытается отстраниться от меня, чтобы вдохнуть, но я не даю.
Нет, девочка моя. Дыши мной, как я тобой надышаться не могу. По-другому теперь никак. Ты сама требуешь большего. Меня самого накрывает удушливая зависимость от нее. Или мы тонем вместе, или никак. Это теперь наше общее сумасшествие, и оно пока вкусное, невыносимо вкусное, с привкусом ее медовых губ. Сильнее, рывком прижимаю ее к себе, чувствую, как она трется твердыми бусинками о мою грудь. Стоны ее вдыхаю, запускаю пальцы в ее трусики.
А она уже мокрая вся, течет на мои пальцы и вздрагивает от каждого моего поглаживания ее складочек. Не могу больше сдерживаться, на части ее разорву. Но мы еще не договорили. Отрываюсь от ее губ, опять волосы перехватываю, собираю их в кулак, не прекращая поглаживать ее бархатные мокрые складочки, слегка задевая пульсирующий клитор.
— В глаза мне смотри! — приказываю ей. И она смотрит слегка затуманенным от возбуждения взглядом.
