Мое проклятие

 — Кто из наших гостей сравнится с родом Арвит по силе и влиянию?

Последними словами хозяин дома подчеркнуто отделил себя и Крэаза от собравшихся, еще раз указывая всем, прежде всего, разумеется, Адану, что их место внизу и сзади. Покровитель Эоноры намек понял, скривился в ответ на откровенную провокацию, но сдаться и не подумал. Судя по всему, тоже считал, что свой товар нужно демонстрировать последним.

— Может, сиятельный саэр сам выберет, чье подношение хочет получить в первую очередь? — воззвал он к последней инстанции, почтительно кланяясь.

Крэаз обвел соперников насмешливым взглядом, как-то странно, удовлетворенно улыбнулся и, лениво цедя слова, произнес:

— Эонора — шестая, Кателлина — последняя, остальные… — сиятельный помедлил, и мне показалось, сейчас скажет: «Меня не интересуют», но он закончил иначе: — На усмотрение глав своих родов."

"Арвит стиснул зубы, ему не очень понравились слова вельможного покупателя, но возражать не посмел.

Тихо выдохнула и бросила быстрый взгляд на девушек.

На чем бы ни основывалось решение сиятельного, оно давало мне возможность сообразить, что к чему, и время, чтобы найти хоть какой-нибудь выход. Одно тревожило: день неумолимо катился к вечеру, забирая с собой силы, чувства и жизнь. В каком состоянии я буду находиться, когда подойдет очередь, представляла, честно говоря, плохо.

Между тем один из мужчин, кратко обсудив что-то с остальными, подошел поближе к Крэазу, дождался, пока в соседнее кресло неторопливо опустится Эктар, и голосом давешнего невидимки объявил:

— Сирра Арииль Тирб.

С диванчика грациозно вспорхнула одна из «одинаковых с лица» девушек, выплыла на середину зала, поклонилась сиятельному покупателю, и представление началось.

Арииль старательно развлекала нас минут десять. Следом за ней вызвали некую Руорину, потом еще кого-то, и еще, и еще. Время шло, одна претендентка сменяла другую, а мне ну никак на ум не приходило, что же во всей этой странной ситуации делать.

Звучала музыка, будущие наиды пели, танцевали — надо признаться, очень неплохо, — декламировали, элегантно прохаживаясь, трясли изделиями декоративно-прикладного искусства, взятыми у своих сопровождающих. Песни возвеличивали успехи Саварда и расхваливали счастливую судьбу женщин его дома. Стихи повествовали о древности его рода и заслугах предков.