Мое сердце

— Наш брак был обговорен, когда мне было пять лет, но он-то был уже вполне взрослым человеком и все-таки ни разу не вспомнил обо мне за все прошедшие с тех пор десять лет! — возмущенно проговорила Велвет. — Потом его отец и брат умерли, и вдруг он решил поспешить в Англию, потому что, видите ли, должен был как можно скорее жениться и обзавестись наследником.

— Это уважительная причина, — запротестовал Алекс. — Я остался единственным мужчиной в своем роду.

— Я говорила вам, что мы поженимся весной, как только мои родители вернутся из Индии, так или нет? Вы же не смогли придумать ничего лучшего, как украсть меня, притащить в Шотландию и устроить эту комедию со свадьбой!

— Я люблю вас, черт меня побери! Я не хочу ждать!

— Вы меня любите? — Велвет казалась удивленной.

— Да, упрямая вы негодница! Я люблю вас, хотя сам не знаю за что! — Он повернулся к Ботвеллу.

Черт возьми, неужели здесь не найдется места, где мы могли бы поговорить с глазу на глаз?

Приграничный лорд спрятал усмешку.

— Если я оставлю вас одних, могу ли надеяться, что вы не поубиваете друг друга? — спросил он, но они не слышали его, будучи слишком увлечены своим спором. Он вышел, закрыв за собой дверь.

— Велвет, я обожаю вас, но я не могу ждать дольше, — сказал Алекс. — Я ночей не сплю, сгорая от желания. Какая разница, будут ли ваши родители присутствовать на нашей свадьбе, если мы любим друг друга? Они же сами настаивали на этом браке.

— Я люблю своих родителей, Алекс.

— Очень хорошо, что вы их любите, дорогая, но вы уже не ребенок. Вся та любовь, которая наполняет вас, должна быть направлена на мужчину, на меня. — Он придвинулся к ней и обнял ее за тонкую талию. Она задрожала и попыталась оттолкнуть его, но он не дал ей этого сделать. — Дорогая, — прошептал он ей в ухо, целуя его, — я все равно добьюсь своего, Велвет. Вы любите меня.

— Без священника наш брак не будет настоящим, Алекс.

— Не нужен нам никакой священник, любовь моя. Мы уже по закону муж и жена, и я намерен сегодня ночью разделить с вами ложе.

— Тогда ваши сыновья будут незаконнорожденными, милорд Брок-Кэрн, ибо я всегда буду отрицать законность нашего брака. Могу представить, как это обрадует вашу сестру и ее мужа, которые, как я подозреваю, хотели бы прибрать ваши земли.