Мое сердце

Здесь они застали поджидавшую их женщину, которой приграничный лорд сказал:

— Мэгги, это госпожа де Мариско, которая очень скоро станет графиней Брок-Кэрнской. Подбери ей что-нибудь подходящее для свадебной церемонии и прикажи принести сюда ванну, благо, держу пари, девочка рада будет помыться.

— О, — вздохнула Велвет радостно, — с интуицией у вас полный порядок, Фрэнсис Стюарт-Хэпберн.

— Да уж, это ему говорят все девушки, — рассмеялась Мэгги и выскочила из комнаты, прежде чем он успел шлепнуть ее ниже спины.

Ботвелл тоже рассмеялся:

— Мне кажется, моему кузену крупно повезло, дорогая Велвет.

Черт меня побери, вы созданы для любви. И вдруг, к его удивлению, Велвет разрыдалась.

— Ну, дорогая, — запротестовал Ботвелл, неожиданно для себя самого заключая ее в объятия. — В чем дело?

— Милорд, — проговорила она всхлипывая, — я не знаю, как надо любить мужчину.

— Ну, моя дорогая, это как раз не преступление. Более того, подозреваю, Алекс будет только рад этому обстоятельству, ибо мужчины любят сами обучать своих жен подобным вещам.

 — Он достал из-за обшлага шелковый носовой платок и попытался вытереть ее слезы.

— Мой брат тоже недавно женился, и в его брачную ночь я спала в соседней с ним и его невестой комнате. — робко сказала Велвет. — Она кричала от боли, когда он занимался с ней любовью, и Алекс сказал, что это оттого, что он лишил ее невинности и что больно бывает только один раз. Он сказал мне правду, милорд, или просто пытался успокоить меня? Что мой брат сделал? Что причинило такую боль его невесте? Я не понимаю, а моя мать никогда не говорила со мной об этом, считая, что я еще слишком молода, а потом она уехала.

Мужчина и женщина совокупляются так же, как животные? Я видела, как жеребцы покрывают кобылиц в нашей конюшне. Видела, как это делают кобели с суками. Я не могу поверить, но неужели и у людей так же?

Она уютно устроилась в его руках, и Ботвелл задался вопросом, как его угораздило попасть в столь затруднительное положение. Он считал себя элегантным и жизнерадостным мужчиной и не видел в себе ничего такого, что могло бы напомнить привлекательной молодой женщине ее мать.

И тем не менее сейчас в его объятиях находилось прелестное создание женского пола, которое, едва познакомившись с ним, задавало вопросы, на которые лучше могла бы ответить ее мать, чем он. Она задрожала в его руках, и Ботвелл, всегда галантный, когда дело касалось женщин, вздохнув, начал говорить:

— Это почти так же, как у животных, дорогая, но все-таки не совсем так.