Мое сердце

Тут дверь распахнулась, и навстречу им поспешила добрая старая леди Сесили. По ее щекам скатилось несколько быстрых слезинок, которые она поспешила смахнуть. Соскочив с седла, не дожидаясь ничьей помощи, Велвет молча бросилась в объятия старушки. Леди Сесили крепко обняла ее, а слезы все продолжали бежать по ее морщинистому лицу, пока Велвет наконец не вырвалась из ее объятий и не вытерла их своей рукой.

Леди Сесили выдавила улыбку и, взяв себя в руки, живо проговорила:

— Ну вот, негодная девчонка, наконец-то ты дома! — Ее взгляд переместился на Алекса, который вместе с Робином к этому времени тоже спешился и стоял рядом, ожидая, когда его представят.

 — А этот человек, спустившийся с гор, и есть твой муж? — спросила она, и Велвет кивнула. — Он совсем не выглядит чертом с рогами, от которого надо было убегать сломя голову, дитя, но, с другой стороны, ты всегда была своевольной и шла своим путем.

— На этот раз у меня не было выбора, — рассмеялась Велвет. — Он выкрал меня и увез в Шотландию, обманом заставив выйти за него замуж, прежде чем я поняла, что происходит.

— Не похоже, чтобы тебя от этого убыло, — заметила леди Сесили. Потом остро взглянула на Робина. — Представь меня, ты, невоспитанный бездельник, хотя, может быть, и считаешься где-то там изящным лордом. Робин тепло улыбнулся.

— Александр Гордон, позвольте представить вам леди Сесили Смолл, сестру торгового партнера нашей матери, сэра Роберта, и приемную бабушку всех детей Скай О'Малли. Дражайшая леди Сесили, это граф Брок-Кэрнский, супруг Велвет.

Леди Сесили присела в таком низком поклоне, какой ей только позволяли ее больные суставы, но Алекс поднял ее. Поцеловав старую, морщинистую руку, украшенную чудесными бриллиантовыми и сапфировыми перстнями, он сказал:

— Как я вижу, вы единственная, кто оказывал на мою жену благотворное влияние, мадам. Надеюсь, что, хотя мы и будем жить в Шотландии, вы останетесь нашим ангелом-хранителем.

Глаза леди Сесили блеснули от удовольствия.

— Вы мошенник, мой прекрасный скотт! Уж это-то я вижу точно! Тем не менее я подозреваю, что вы подходите моей девочке.

Входите же! Входите! На улице слишком холодно, а в доме у меня горит несколько каминов. — Ее глаза зажглись при виде Пэнси. — Ага, вот ты где! Твоя мать хочет повидать тебя, а потом поторопись приготовить ванну для своей госпожи. У тебя еще будет достаточно времени, чтобы пококетничать с этим греховодником-шотландцем, с голых коленок которого ты не сводишь глаз.