— У орков будем играть свадьбу?
— Как получится.
— По-нормальному никак? Что детям потом скажем?
— А ты им покажешь свои вечные деревья и мотыльков, — хмыкнул Лир.
Я задумалась, а потом обреченно кивнула. Он ведь все равно уговорит, какой смысл спорить и не соглашаться? Только время терять.
Неожиданно вспомнила, что обещала эльфам создать фруктовые деревья, а Тадеушу — песню. Если останется время, еще и прогуляемся после обеда.
— К Арану сходим? — тихо спросила я.
— Да. Нужно ему рассказать, что тут происходит.
— Думаешь, слышит?
— Кто знает?
И мы отправились собираться.
ГЛАВА ШЕСТНАДЦАТАЯ
Молния оказалась как две капли воды похожа на Рокота внешне, но темпераменты были все же разными, соответствующие именам. Гром, муж Молнии, был ей под стать — ловким, смелым и с хорошим чувством юмора. Едва мы познакомились, как в зал вошли мои родные. Я обняла дядю с тетей и Глина, поздоровалась с четой гномов, расспрашивающих Даринель о малыше.
Завтрак прошел в достаточно теплой и непринужденной обстановке.
А когда отправились в кабинет Тира и расселись там, разговор стал серьезнее. Впрочем, Лир уже посвятил меня в происходящее, и на совете только уточнялись детали.
Вскоре мужчины остались обсуждать тактику, а мы девичьим составом покинули их. Прогулялись по саду, перезнакомились, посплетничали. На лужайке устроили пикник, наслаждаясь солнечным теплом. К обеду к нашей компании присоединились и мужчины.
— Тадеуш, — позвал Лир, когда мы покончили с едой. — Ари должна тебе песню, хочешь услышать?
— Какую исполнить? — спросила я, отмечая, что друзья прислушиваются к нашему разговору.
— Лир сказал, ты как-то порадовала их с Араном любимой песней Аранатариэль.
Я улыбнулась, кивнула. Кто знает, когда мы так соберемся вместе… Пела на эльфийском. Красивая нежная мелодия, воспевающая этот прекрасный мир, в котором царит свет, лилась легко и плавно. И едва закончила эту песню, начала следующую. Откуда я ее знала, и не ответила бы. Песни рождались во мне, вспыхивали, словно звезды на небе.
Незнакомая абсолютно, грустная и легкая, как морская волна, набегающая на берег. Такой она была. Эта песня способна растопить лед в сердце. Когда я закончила, увидела, что Эридейле плачет на плече у Тира.
— Эта любимая песня Эрангитиля, — мягко пояснил принц, целуя жену.
Он с ней вообще очень редко расставался, не выдерживал разлуки. И часто держал за руку или просто прикасался, словно боялся, что она вдруг исчезнет.
— И твоей матери, Ари, — тихо заметила Алона.
