И все же во всем этом разнообразии чувствовался стиль и вкус. Мы прошли через десяток залов и оказались перед двустворчатыми дверями, сделанными в виде ракушек. Перед нами они тут же распахнулись, и я улыбнулась, не сдержав восторга.
Бальный зал был полон народа, но на него я почти не обратила внимания. А вот само помещение… Большое и просторное. Стены украшены жемчужными нитями, которые мерцают и переливаются в свете множества зажженных под потолком огоньков. Белоснежный подсвеченный пол казался слюдяным. Неожиданно музыка смолка, гости расступились, пропуская нас с Глином.
Там, на троне, сидела правящая чета — король Агрий и королева Алона. Правитель оказался видным мужчиной средних лет. Он сидел в русалочьем облике. Черный хвост с серебряными плавниками спускался до пола. На груди сверкал амулет с алыми и синими камнями на толстой витой цепочке. Длинные волосы оказались совсем светлыми, почти белыми и были собраны в высокую замысловатую прическу, состоящую из множества кос.
Королева Алона находилась рядом.
Она тоже приняла облик русалки, и я невольно отметила, что ее хвост был не таким темным, как у правителя, и отливал синевой. Глаза оказались яркими, пронзительно-синими, как небо в ясный день, а улыбка теплая и светлая. Черты лица мягкие, приятные. Красивая! Волосы у нее были распущены, а в пряди вплетены маленькие розовые жемчужинки.
— Матушка, отец, позвольте представить вам Ариадну.
Глин чуть поклонился, а я присела в глубоком реверансе, надеясь, что не опозорилась. Выпрямилась, поймав дружескую улыбку королевы Алоны.
Правитель Агрий же побледнел, неожиданно быстро обернулся в человека, поднялся и прошептал:
— Аврора…
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
После этих слов в зале воцарилась оглушительная тишина. Я удивленно уставилась на короля. Тот явно пребывал в растерянности.
— Ты знаешь, как выглядела твоя мать, Ариадна? — вдруг спросил он, как-то быстро догадавшись, что я, наверное, сочла его за сумасшедшего.
— Знаю.
Быстро сотворила иллюзию, которая навсегда врезалась в память.
— Это она, Аврора, — подтвердил Агрий, не сводя с меня глаз. Я же смущенно покосилась на Глина, а потом… Только в этот момент я осознала, что именно сказал морской правитель.
Воздуха отчаянно стало не хватать, в глазах потемнело.
— Ариадна, тебе плохо?
Принц подлетел мгновенно и подхватил меня на руки, куда-то понес. Вскоре что-то прохладное коснулось моего лба, а к губам поднесли чашку с каким-то настоем. Я медленно пришла в себя, обнаружив рядом родителей Глина.
