Ты совсем не такой, каким тебя изображают в СМИ. — Слова вырвались сквозь стиснутые зубы. Если бы я хоть немного ослабила давление, зубы заскрипели бы от яростной, злобной дрожи. — Сколько людей знают, что ты чудовище?
— Немногие. Только те, кто удосуживается взглянуть на меня со стороны. Но это слишком удобно, чтобы не делать этого. Для большинства я очень полезное существо.
Кончик его ножа прошелся по бедрам и направился в пространство между пупком и поясом джинсов.
Между моими ногами заструился жар.
Что, черт возьми, с тобой происходит, Фэрроу?
Но я ничего не могла с собой поделать.
"
"Что-то в той силе, которую он источал, зацепило меня. Всю свою жизнь я прожила в одном из самых богатых почтовых индексов, но никогда не испытывала никого подобного Закари Сану.
Его нож остановился совсем рядом с местом Х. Подсознательно он облизал губы.
— Ты можешь стать одной из них, знаешь ли.
Все мое тело ожило, пульс заколотился под каждым сантиметром кожи.
Я хотела большего.
И в то же время я не хотела иметь с ним ничего общего.
Логика подсказывала, что такой человек, как он, будет дерьмом в постели. У него были все неправильные черты талантливого любовника.
Слишком эгоистичен.
Слишком красив.
Слишком самовлюбленный.
Но я все равно хотела этого.
Мой взгляд метнулся к нему. Он без труда встретил мой взгляд. Он не был психопатом.
Нет. Он был чем-то совершенно другим.
Единственный монстр в своем роде.
— Сделка с дьяволом?
Он уставился на меня снизу вверх, каждый дюйм его тела был похож на замерзшую тундру.
— Единственное, что ты потеряешь, заключив такую сделку, — это душу, а она стоит не так уж много.
Неприступный комок не давал мне произнести ни слова.
Я проглотила его, впиваясь ногтями в ладонь.
— Откуда ты знаешь?
Он пожал плечами, его нож все еще был возле моей киски, в том месте, где клубилось тепло.
— Большинство людей вообще не обладают душой.
— Может, и у меня нет души?
Ты действительно сейчас говоришь с Закари Сан о душах?
Что с тобой не так?
Ответ, конечно же, был многозначительным.
Целая куча, на самом деле.
Но каждая минута разговора была минутой, когда он меня не ранил.
Да. Вот почему, Фэр.
Продолжай говорить себе это.
Он рисовал легкие круги плоским острием ножа, посылая фейерверки от моего ядра до пальцев ног.
— Ты знаешь.
— Откуда ты знаешь?
— От тебя несет. — Его челюсть сжалась под гладкой золотистой кожей. — А я коллекционер душ.
Ты пьян?
Он таким не выглядел, но звучал именно так.
