Грач молча кивнул и отвернулся, прижавшись губами к Алениному виску. Она вздохнула, судорожно вбирая в грудь воздух, обняла мужа, как будто хотела срастись с ним, объединить свою и его душевную боль в одно целое, потому что вдвоем всегда легче. Из большой комнаты послышался голос Виктора:
– Григорий Валерьевич, у меня все готово, можем ехать.
– Неси вещи в машину, мы сейчас, – не поворачивая головы, распорядился Григорий. – Аленушка… давай одеваться, родная, поедем домой…
Алена послушно оторвалась от мужа и взяла пальто, валявшееся тут же в кресле.
Грач наблюдал за ее вялыми движениями, неуверенными шагами, и сердце сжималось от боли – ведь это из-за него… Он взял жену под руку и осторожно, как тяжелобольную, повел к выходу.
Во дворе стояли пять машин Гришкиных пацанов, вокруг прогуливались любопытные ребятишки – таких дорогих автомобилей в этом районе практически не видели, здесь и Аленин-то старенький джип выглядел неприлично роскошным. Возле «Шевроле» Мазея стояли трое его охранников, а сам Ванька сидел на первом сиденье, открыв дверку, и о чем-то переговаривался с ними.
Увидев выходящих из подъезда сперва Боксера, а затем Григория и Алену в сопровождении охраны, Мазей выскочил из машины и быстрыми шагами пошел навстречу, взял Грача за рукав пальто и что-то зашептал ему на ухо. Лицо Григория исказила гримаса, левый глаз задергался в нервном тике:
– Молодца! Сделаем так – я поеду сейчас домой, увезу Алену, скажу Лорке пару слов, ну, чтобы присмотрела там за ней, все такое… И приеду.
А вы давайте за город, на свалку.
Мазей ухмыльнулся и кивнул, а потом проговорил громким шепотом:
– Гриха… жену ты не Лорке, а Боксеру поручи – Витек в лепешку расшибется… Да, Боксер? – это он сказал во весь голос, в упор глядя на замершего возле Алены Виктора.
– Прекрати, – поморщился Григорий. – Что взъелся? Езжайте, не мозольте здесь глаза, я часа через два подъеду. Только, Ванька… – он понизил голос почти до шепота, чтобы не слышала Алена.
– Не усердствуй очень-то, чтоб не сдох до моего приезда."
"Мазей оскалился и захохотал, хлопнув Грача по плечу:
– Не боись, братка, все по уму будет. – И заорал во весь голос, напугав окруживших «Шевроле» мальчишек: – Поехали!
Его охрана прыгнула в машины, и через минуту они уже выезжали со двора.
– Что стоишь, Боксер? В машину давай, – не глядя на телохранителя жены, проговорил Грач.
