Мой бывший враг (СИ)

Потому что в какой-то момент вдруг понял, что меня больше не бьют, а сам я лежу уже на спине, распластавшись на снегу. Ну и чьи-то руки меня обшаривают. По голосу понял, что это Руслан.

Потом услышал, как хлопнули дверцы, и машина отъехала. Стало тихо. Только вот подняться не получилось. Несколько раз я пытался, даже немного прополз, царапая ладони о наст, но затем обессиленно падал в снег. Тяжелая дрема накрывала так, что и сопротивляться не хотелось. Хотелось просто уснуть.

И хотя я почти ничего не чувствовал: ни боли, ни холода, но прекрасно понимал – если действительно усну, то, скорее всего, и не проснусь.

И я полз, через силу, через не могу, к шоссе. А потом даже как-то легче стало. Сел у обочины в ожидании хоть какой-нибудь машины. Потом полез в карманы – и ничего не обнаружил: ни вина, ни кольца, ни телефона… Даже портмоне из внутреннего кармана забрали.

Сколько я так просидел – не знаю. Но довольно долго, и ни одна машина мимо так и не проехала. Тогда я потихоньку поковылял сам вдоль дороги, в ту сторону, откуда приехали.

Я брел как чертов зомби. Ничего не чувствуя, не зная толком, куда иду, с одной лишь целью – выбраться туда, где люди. Несколько раз всего мимо проносились какие-то машины, но на мои неуклюжие попытки остановить их никак не реагировали.

Уже стало светать, когда наконец удалось поймать попутку. Мужик на большегрузе подкинул меня до города, и я хоть понял, где нахожусь – на Синюшке.

– Может, тебя в больницу лучше? – участливо спросил он.

– Не, – я качнул головой и поморщился от внезапной вспышки боли, пронзившей затылок и правый висок. – Домой хочу.

– За Молодежкой. В Хрустальном.

– Нет, пацан, извиняй, так далеко не поеду. Не по пути уже.

– Да ничего. Я сам. Спасибо вам.

Больше ничем я его отблагодарить не мог, к сожалению.

– Может, позвонить кому надо? Друзьям, родителям? Посидишь вон на остановке, приедут за тобой…

В такие моменты, наверное, и понимаешь весь трагизм одиночества.

Но позвонил я в такси, которого в итоге так и не дождался. Сел в какой-то автобус, потом пересел в другой. До Молодежного с грехом пополам добрался, оттуда снова пешком, но там недалеко.

А когда наконец попал домой, меня просто вырубило. Я даже не разделся толком. Налил себе горячий чай, сел на диван с кружкой, а очнулся спустя сутки.