Надо дать детям время окрепнуть. Дождемся лета, а там будем и по гостям ходить. С матерью Давид на данный момент не общается. Только с отцом. Пройдет время, и она, возможно, примет тот факт, что ее сын взрослый мужчина и волен жить так, как ему хочется.
А еще Давид сделал разнос опекунской комиссии. Поговаривают, что он привел с собой главу местной районной администрации. Тех женщин, которые приходили ко мне, со скандалом уволили. В тот же день мы с Давидом пошли в загс, и он оформил детей на себя.
Аня и Даня не дают нам долго парить в облаках.
С каждым днем они требуют все больше внимания к себе. К слову, Даня уже начал переворачиваться, а Анюта только пробует. Мои котяки хорошо кушают и растут очень быстро.
Слышу за дверью шаги. Давид тихонько скребется в дверь, затем заглядывает.
– Еще спят? – тихонько шепчет он.
Молча киваю.
– Идем тогда поедим, – предлагает он. – Там Павловна такой обед сварганила. Пахнет на весь дом.
Мой живот издает голодное урчание."
"Я на носочках выхожу из комнаты.
В коридоре мужчина привлекает меня к себе и прижимает к своей груди. Гладит рукой по плечам. Медленно опускается ладонями к талии. Я несколько раз вдыхаю.
– Мне так хорошо с тобой, Динуль, – шепчет он и пропускает между пальцев мои волосы.
– И мне с тобой. Очень.
– Ну раз так… Тогда я буду делать тебе предложение.
– Какое предложение? – улыбаюсь я.
– Стать моей женой! – Его голос вздрагивает. – Дети давно уже Черновы. А ты так и будешь Беляевой?
– Расписаться только ради смены фамилии?
Мои щеки охватывает жар.
Нам хорошо вместе, спокойно. Но… Больше мы ни разу друг другу ни в чем не признавались. Хотя рядом с ним во мне всегда плещут эмоции. Давид так заботится обо мне и наших детях.
Он внимательно вглядывается в мое лицо.
– Ты против?
– Нет, просто… это немного неожиданно.
– Ты не хочешь за меня замуж? – хрипло, почти шепотом произносит он, касаясь кромки моего ушка. – Я люблю тебя. Люблю наших детей. Что еще нужно?
Сердце подпрыгивает от его слов.
Я замираю и не могу придумать себе оправдание для отказа.
– Нет. – Мотаю головой и вижу, как он весь напрягается. – Мне больше ничего не нужно. Я очень хочу быть твоей… Твоей женой, – выдыхаю я, глядя на него с небольшой долей страха. – Только есть одно условие.
– Какое? – Мужчина ловит мою руку и подносит к губам.
– Никаких церемоний. Просто распишемся и тихо, по-домашнему отпразднуем своей семьей. Вчетвером. Хорошо?
– Как скажешь, моя хорошая.
***
Весна.
