Мой граф

Что мешало ей попросить своего любимого дядюшку о помощи? Почему она не заставила его понять, что никто и ничто не может помешать ей поехать в Париж?

Конечно, каждым ее шагом двигали ожидания. Пиппа очень не хотела разочаровывать своих близких, боялась нарушить представления своих родных и общества о том, что для нее лучше. И посмотрите, куда привела ее такая нерешительность? В карету с больным стариком, который вознамерился заточить ее в подземелье!

Посему она больше не позволит себе колебаний и неуверенности и начнет тотчас же.

– Мне нужно немедленно выйти из кареты, – сказала она мистеру Доусону. – Природа зовет, и я не могу ждать.

Он дернул подбородком:

– Мы не можем останавливаться.

Пиппа топнула ногой.

– Мы должны. Вы меня слышите. Мистер Доусон? Мы должны.

Он сердито зыркнул на нее и поерзал на сиденье.

– Не устраивайте сцену.

– Это вы устроили бог знает что, – возмутилась она. – Или вы немедленно останавливаете карету, или я выпрыгну.

– О, еще как рискну.

– Что ж, хорошо. Я прикажу вознице остановиться.

Но только на минуту. И не вздумайте убегать. Я вручил ему два заряженных пистолета и велел воспользоваться ими, если вы попытаетесь сбежать.

– Как вы посмели? – В душе Пиппы всколыхнулась ярость. – Что же вы за человек? И какой лакей пойдет у вас на поводу?

Но потом она вспомнила хитрые физиономии Кокни и Квадратной Челюсти и догадалась, что возница – один из них.

Раздражение мистера Доусона вспыхнуло с новой силой.

– Заткнись, Харроу. – Он сцепил руки.

 – Забудь, что я сказал. Мы не остановимся.

Пиппа сорвала с себя парик.

– Посмотрите на меня, мистер Доусон.

Он посмотрел, и глаза его расширились, но потом он отвел их.

– Я не Харроу. – Она сняла очки и бросила их на сиденье, потом начала вытаскивать из волос шпильки. – Я – Пиппа. Вспомните, я рассказывала вам. Я – Пиппа Харрингтон.

Он покачал головой, не отрывая взгляда от дверцы.

– Прекратите разговаривать.

– Не прекращу. – Она тряхнула головой, и ее тициановские локоны распались по плечам.

 – Вы должны посмотреть на меня. И послушать мой голос. Я – леди. – Ее встревожило то, как сжались на коленях его кулаки. – Харроу был выдумкой. Я не камердинер. Я играла в игру, и вы тоже играете. Но это очень опасная игра. Могут пострадать люди.

Мистер Доусон схватил ее шляпу и перевернул, высыпав печенье на пол.

– Надень это, – сказал он и попытался всучить Пиппе шляпу, не встречаясь с ней взглядом.

Но Пиппа выбила шляпу у него из руки.

– Нет.