Мой граф

И раз вы не собираетесь содействовать, я сейчас открою дверь и выпрыгну.

Он подхватил шляпу с пола и зыркнул на непослушную спутницу.

– Где Харроу? Верните его. – Потом, словно шар, из которого выпустили весь воздух, он обессиленно, удрученно обмяк на сиденье. – Он отличный парень. Вокруг него всегда что-нибудь происходит. Я тоже хотел быть таким.

– Я не могу вернуть Харроу, – отозвалась Пиппа. – Харроу ушел навсегда… как ваша жена.

Мистер Доусон дернулся.

– Но у вас ведь остались воспоминания о ней, не так ли? – быстро продолжила Пиппа.

Ей очень не хотелось причинять ему боль в таком состоянии умопомрачения, но она должна попробовать пробиться к его разуму. – Воспоминания о вашей дорогой супруге утешают вас точно так же, как вы помните Харроу, прибежавшего к вам с предложением почистить ваши сапоги.

Он ничего не сказал, но уронил голову.

– Лучшее в воспоминаниях – это то, что хорошие остаются с нами навсегда, – мягко проговорила Пиппа. – Они предлагают утешение, когда вам одиноко.

И потом, вы всегда можете поделиться ими с друзьями. – Она помолчала, давая ему время осознать ее слова. – Я хочу быть вашим другом – я, Пиппа. Мы вместе можем смеяться над Харроу и над тем, как он вечно попадает в передряги, и можем говорить о вашей жене.

Мистер Доусон по-прежнему смотрел в пол, но испустил вздох, который дал Пиппе надежду. Безвольно опущенные плечи, уязвимая макушка с поредевшими седыми волосами и разжавшиеся кулаки на коленях побудили Пиппу взять руку старика и крепко сжать ее.

– Я очень сожалею, мистер Доусон. Сожалею о потере вашей жены. И мне жаль, что вы не в полной мере использовали возможность построить те искусственные руины в Тарстон-Мэнор так, как могли бы. Я предлагаю сейчас вернуться туда, в дом вашей кузины, где вас нежно любят, и сказать лорду и леди Тарстон, что мы бы хотели снести те руины и построить новые.

Он медленно поднял взгляд.

– Но уже слишком поздно.

– Нет, не поздно.

 – Она улыбнулась ему.

– У меня не получится, – жалобно сказал он. – Я никто.

– Что ж, быть никем не так уж и плохо. – Ей совсем не обязательно быть следующим месье Перро. Ее вполне устраивает быть Пиппой. – Мы все никто, мистер Доусон. Даже те, кто что-то собой представляет, порой испытывают то же чувство.

– Да, – твердо отозвалась она. – Уверена в этом. И самое хорошее в том, что быть никем – это возможность быть самим собой.