Мой граф

– Я… я пока не могу. – Возможно, за постоялым двором есть лес, где можно спрятаться. За стеной дождя было трудно что-либо разглядеть из окна той комнаты, где они обедали, но она должна попытать счастья, так ведь?

– Если ищешь, где помочиться, найди дерево. – Марбери загоготал над собственной грубостью. – Убирайся немедленно, не то скажу, что ты отпускал непристойные шуточки в адрес дочки трактирщика. Видишь ее вон там, в углу?

– Да, вижу. – Ничего не подозревающая девушка по-прежнему мыла стаканы и кружки.

– Да кому нужна эта любезность? – Марбери смерил ее презрительным взглядом. – Сюртук у тебя помятый. Ты просто жалкая пародия на камердинера.

Пиппа посмотрела на себя и одернула полы сюртука. «Пф, – подумала она, – а ты жалкая пародия на джентльмена». И оглядела Марбери не менее презрительно.

– Сними эту расплющенную шляпу, деревенщина, – продолжал глумиться Марбери. – Неужели до тебя не доходит, что так ты только привлекаешь внимание к своей плешивой макушке? Ведь наверняка именно поэтому ты носишь ее в помещении.

– Я просто собирался уходить, потому и надел шляпу. – Она с отвращением скривила губы. – По крайней мере я не такой волосатый, как вы. В ушах, я имею в виду.

Он попытался схватить ее за руку, но Пиппа проворно отскочила за стол.

– Ох, и всыплю я тебе, – пригрозил он.

– Сначала попробуйте поймать. – Она быстро развернулась и кинулась к двери, для верности надвинув шляпу поглубже.

– Мой тебе совет: следи за своими манерами, – прокричал ей вслед Марбери. – И оглядывайся!

Пиппа оставила его угрозу без внимания и замедлила шаг, не только чтобы позлить его, но и потому что чувствовала, будто прыгает с пиратского корабля в кишащее акулами море. Даже несмотря на заверения Грегори, что он со всем разберется и обо всем позаботится, когда они прибудут в Пламтри, она знала, что он опять уедет.

И она снова вернется к тому, с чего начала.

Он дожидался ее в гостиничном дворе, и его черные локоны трепал крепкий ветер.

– Пожалуйста, полезай в карету. – Тон Грегори не допускал возражений.

Она просверлила его сердитым взглядом, но в карету забралась. В глубине души, несмотря на то что злилась на него, Пиппа понимала, почему Грегори возвращает ее домой, и не могла винить его за это. Общество сказало бы, что это совершенно разумно.

Но мечты не всегда разумны, подумалось ей.