Мой кошмарный принц

А уж после того, как твою картину купил французский миллиардер…. Милая моя, они только так клюнут. Я бы — клюнула, — уверенно призналась она. Строганова и Левицкая переглянулись — ну да, конечно, совершенной леди Рокотовой больше делать нечего, как картины воровать. Ну так, на досуге, между воспитанием двух детей, мужа и управлением антикварным магазином.

— Хорошо, если у меня что-нибудь сопрут, я буду знать, к кому идти, — рассмеялась Маргарита. — Значит, мне стоит завтра сходить и договориться о выставке?

— Я с тобой пойду, — вдруг решительно заявила Элла.

 — Завтра утром им позвоню, договорюсь о встрече. Представлюсь твоим рекламным агентом.

— Хочешь посмотреть, что у них там выставлено? — догадалась Ася о планах приятельницы. Рыжеволосая в ответ на ее вопрос просто кивнула.

— Это все, конечно, хорошо, — задумчиво протянула Рита. — Вот только с Родионом и твоим отцом это стоить обговорить. Мало ли какую игру мы им поломаем.

— Само собой, — кивнула Ася. Они еще долго обсуждали детали за бокалом розового вина, пока не дошли наконец до той стадии, когда о делах и работе уже совершенно не говорилось.

Медленно, но верно, но девушки стали переползать на более личные темы. И Ася вдруг поймала себя на том, что она горячо участвует в обсуждении. А ведь, казалось, растеряла всех подруг. Может, это и не так? Может, она сама себе поставила эти блоки? Еще один вопрос, над которым стоило бы задуматься, вот только в уже более трезвом состоянии. Кажется, ей вообще во многом стоит переосмыслить свою жизнь.

— Ася, ничего не хочешь рассказать? — заметила ее отстраненность Маргошка. Строганова не была ей близким человеком, вот только благодаря дружбы Аси и Глеба они общались довольно-таки часто. Да и Глеб неоднократно отмечал, что с каждым днем его подруга все больше и больше потухает, меняется. И Маргарита периодически начала к ней приглядываться, стала замечать чуточку больше, чем видят остальные. У художников вообще немного другое восприятие. И печальные глаза Аси обычно казались покрытыми тонкой коркой льда, но сегодня впервые за долгое время в них появилось что-то теплое, настоящее.

И растерянность человека, у которого ломаются все штампы и стереотипы, которые себе выстраивала.

Элла отставила бокал и подобрала под себя ноги, что уже как-то не совсем вязалось с вечным ее образом совершенства. И внимательно посмотрела. Так внимательно, словно она тоже понимала, что творится с Асей. Тем более они явно знали все предпосылки и причины ее поведения.