Мой любимый герцог

Нет, в его жизни, конечно, случалось всякое, но все изменилось, пусть и не так, как у друзей. Теперь у него не было любовницы – как и у них, – но он, случалось, проводил ночи за карточным столом.

– Ничего подобного. Возможно, такое бывало… в юности, но теперь я остепенился и не заключаю пари на лошадей, дома, деловые предприятия и женщин.

– Тогда как ты все это объяснишь?

– Это долгая история.

Гриффин расположился поудобнее, Хок последовал его примеру, и друзья переглянулись, всем своим видом показывая, что никуда не спешат.

Рат понял: они не уйдут, пока не получат всю необходимую им информацию, – хотя предпочел бы подвергнуться допросу относительно посещения магазина мисс Лолы, а не говорить об опекунстве над обворожительной мисс Фаст.

– Дело в том, что причин несколько. – Рат поерзал на стуле. Некоторые вещи трудно объяснить даже лучшим друзьям.

– Ничего, у нас есть время.

Рат развязал шейный платок и после минутного колебания отбросил в сторону. Отец не одобрил бы этого: джентльмен должен оставаться одетым в соответствии с регламентом до тех пор, пока не настанет время удалиться в спальню, – но Рат никогда даже не пытался стать таким, как отец, чем бесконечно его огорчал.

Никак не удавалось ему всегда безупречно выглядеть и произносить вежливые фразы, даже если в них нет ни слова правды. Возможно, если бы его мать не умерла так рано – ему едва исполнилось шесть лет, – он стал бы лучше. Она была мягкой и доброй, ярким лучом освещала его жизнь, но слишком рано потускнела и угасла.

Сделав очередной глоток, Рат подумал, стоит ли рассказывать всю правду.

Готов ли он назвать все причины, подтолкнувшие его написать то судьбоносное письмо мистеру Олингуорту? Мысленно он стал их перечислять. Во-первых, отец ожидал, что он наконец остепенится, станет джентльменом и сделает доброе дело для старика. Во-вторых, его преследовало чувство вины, поскольку то дурацкое пари было его идеей. Только все пошло не так, а у друзей имелись обязательства, которых не было у него: им нужно было выдать замуж сестер. Вот он и подумал, что, оказав помощь одной молодой леди, сможет искупить вину перед теми, которые попали в неловкое положение из-за тех писем.

Нет, не стоит. Сколько бы ни было причин, он оставит их при себе. Кое-чем нельзя делиться даже с друзьями, которых знаешь большую часть жизни.

– Как-то раз, поздно ночью, выпив несколько стаканов бренди, сидя за столом в этой самой комнате, я распечатал письмо от человека, которым мой отец восхищался всю свою жизнь.