Мой тёмный бывший, или Фиктивный муж для попаданки

– Назад! – рявкнул Хранитель.

Печать стала ярче, вспыхнула, и с тихим хлопком по приёмной прокатилась сильнейшая ударная волна. Всё загрохотало, будто кто-то встряхнул камни в жестяном ведре. Я прижала ладони к ушам, зажмурилась, меня припечатало к стене чем-то тяжёлым. Потом оно от меня отвалилось, я потеряла равновесие и рухнула вперёд, но, к счастью, на что-то мягкое. В ушах зазвенело.

Секунд десять вокруг царила поражённая тишина, а затем началась возня, послышались вздохи и тихие ругательства.

– Что это было? – вопросил кто-то.

Я подняла голову, когда почувствовала под собой весьма активное шевеление. Открыла глаза и столкнулась взглядом с Фрейном, на котором, как оказалось, так удобно расположилась. Если бы не он, то отшибла бы себе всё что можно.

– Ну здравствуй, Адель, – наконец произнёс он вкрадчиво, и на талию мне опустились его тяжёлые, возмутительно горячие ладони.

Руки, значит, распускаем! Ну-ну… На какую-то долю секунды мне показалось, что этих четырёх лет, что мы не виделись, не было.

Упёрлась обеими руками в грудь Фрейна, а коленом – ну, куда пришлось. А судя по тому, как перекосило его лицо, случайно ткнула в опасной близости от стратегически важных мест. Ладно, признаюсь: это было не совсем случайно.

Фрейн ещё попытался меня удержать, но я оказалась проворнее. Встала и невозмутимо разгладила юбку.

– Кажется, за время жизни в другом мире ты стала немного тяжелее, – отметил тёмный, садясь.

– А я не сразу тебя узнала за толстым слоем самодовольства, – парировала я и отвернулась. – Ого! Что это?

Все, кто уже успел встать с пола и выбраться из-под опрокинутой мебели, огляделись. Буквально всё вокруг оказалось заляпано тёмными смоляными пятнами, и эта непонятная жижа теперь медленно стекала вниз, оставляя за собой живописные дорожки неописуемого цвета. Каким-то чудом на мне не оказалось ни пятнышка, зато Фрейн был уделан так, будто на пару дней уснул под деревом, густо населённым птицами.

– Это концентрат тёмной магии, – пояснил он, оглядывая свой безнадёжно испорченный сюртук. – Конденсируясь, он приобретает такую неприглядную форму.

– Тёмная магия? – переспросила я. – Если тебя наполняет именно эта гадость, твой характер становится объяснимым.

Мужчины перестали охорашиваться и с молчаливым удивлением на нас уставились.