Значит, теперь она одна и беззащитна. Мало ли что может случиться с одинокой женщиной! Вот черт!
Я слезаю с мотоцикла и начинаю прохаживаться взад-вперед.
Проходит всего секунд пятнадцать – и оказывается, что меня бросило в жар не только от беспечности Тейлор. Не только из-за этого у меня вспотели ладони, а сам я превратился в один натянутый нерв.
Ей так отчаянно понадобился оргазм, что она рискует ради этого головой.
А виноват в этом я.
Во мне говорит не гордыня, я готов доказывать это даже в суде. Дважды я доводил ее до самого края, но не позволял через него переступить.
Сначала помешал чертов буй, потом Джуд, вернее, ужалившая его медуза. Но мне от этого не легче. Она возбуждена, это я ее до такого довел, и теперь она ищет удовлетворения без моей помощи.
Это для меня не просто горькая пилюля, а пилюля, застрявшая поперек глотки.
Нет уж, я такого не допущу. Пусть это выглядит как назойливость, но мне невыносима мысль, что она переступит через край при помощи дурацкой силиконовой штуковины, хотя до этого состояния ее довел я сам.
Я создал всю эту постыдную ситуацию. До сих пор то, что у нас с ней не было секса, служило мне утешением, как ни трудно мне было не переступать границу, дважды останавливаясь прямо на черте. Пока у нас нет секса, я сохраняю сосредоточенность и объективность. Пока мы с ней не спим, я остаюсь профессионалом. Это неоспоримо.
Но при этом от мысли, что Тейлор получит удовольствие без моего участия, мне хочется разбить витрину с нижним бельем, массажерами и золочеными коробочками со средствами ароматерапии.
Что она там подбирает? Смогу ли я отпустить ее домой с покупкой?
Ни за что на свете!
«Проклятье!» – бормочу я, готовясь ринуться на другую сторону проулка.
Но она меня опережает: выходит из магазинчика с прижатым к груди фиолетовым пакетом. Я инстинктивно озираю окрестности на предмет потенциальной угрозы. Она тем временем торопится на стоянку, где оставила машину. Одна. В темноте. В чужом городе. С пакетом из секс-шопа. Что, черт возьми, спрятано в пакете?
Уговорить себя, что это меня не касается, не получается.
Выход один: самому довести ее до оргазма. С этой неблагоразумной и одновременно соблазнительной мыслью я крадусь за ней на стоянку, чтобы хотя бы удостовериться, что она благополучно села в машину. Но она вдруг оглядывается и замечает меня. С расширившимися глазами она пытается спрятать пакет за спиной. Опасная смесь привязанности и похоти подталкивает меня вперед, заставляет подойти к ней вплотную.
