Моя до полуночи

– Я тоже сейчас выйду, но мне надо подняться наверх и кое-что взять…

– Но у нас нет никакой одежды, все сгорит…

Поскольку Меррипен за все годы, что они знали друг друга, ни разу не повысил на нее голос, Амелия поняла, что надо его послушаться. От дыма у нее слезились глаза даже тогда, когда они вышли на дорожку перед домом Уин и Поппи пытались растормошить Лео и заставить его сесть. Так же, как Амелия, девочки были в ночных рубашках, тапочках и шалях.

В то же мгновение зазвонил колокол.

– Я приказала ей звонить, – сказала Уин.

 – Звон привлечет на помощь соседей и жителей деревни, хотя к тому времени, когда они до нас доберутся, Рамзи-Хаус скорее всего уже будет весь объят пламенем.

Меррипен отправился в конюшню, чтобы вывести лошадь на тот случай, если огонь перекинется и туда.

– Что происходит? – услышала Амелия хриплый голос Лео. Но прежде чем кто-то мог ему ответить, он зашелся в приступе кашля. Уин и Поппи хлопотали вокруг брата, но Амелия, плотнее укутавшись в шаль, стояла в стороне от них.

Горечь, ярость и страх – вот какие чувства она испытывала. Она не сомневалась, что пожар начался из-за Лео, что он лишил их дома и чуть было не убил всю семью. Она еще долго будет собираться с силами, чтобы заговорить с ним – с некогда любимым братом, превратившимся в совершенно другого человека.

Теперь Лео почти не за что было любить, разве что только жалеть. Он стал опасен не только для самого себя, но и для своей семьи. Им всем будет лучше без него, думала Амелия.

Правда, если он умрет, титул либо перейдет к какому-нибудь дальнему родственнику, либо его срок окончательно истечет, и тогда они останутся вообще безо всяких средств к существованию.

Наблюдая за тем, как Меррипен сначала вывел лошадь, а потом вытащил коляску из конюшни, Амелия почувствовала прилив благодарности. Что бы они делали без него? Когда их отец принял в свою семью бездомного мальчика, все в поместье считали это актом благотворительности. Однако Меррипен давно отплатил семье Хатауэй своим постоянным, но почти незаметным присутствием в их жизни.

Амелия никогда не задумывалась над тем, почему Меррипен решил остаться с ними – ведь выгадывали от этого они, а не он.

Из деревни и из Стоуни-Кросса уже начали прибывать люди верхом на лошадях. Из деревни привезли ручной насос на телеге, по бортам которой были укреплены емкости под воду для тушения пожара. Люди сновали взад-вперед с ведрами воды, заливая огонь.