Моя красавица

Ее губы спускались все ниже по его плоскому животу.

Она остро переживала каждое прикосновение к его коже, каждый поцелуй, потому что осознавала, что другой возможности у нее не будет. Ей останутся только воспоминания. И хоть у ее губ не было достаточной практики, она не сомневалась в том, что ей делать.

Алекси лежал, широко открыв глаза, глядя в потолок, наслаждаясь каждым прикосновением, каждым движением Кейт. Он не мог думать ни о чем, кроме как о ее сладких губах и о наслаждении, которое они дарили ему.

Она целовала его не для того, чтобы впечатлить или доставить ему наслаждение, просто ей сейчас это было необходимо так же, как и ему.

Он был готов лежать так вечно, не шевелясь, полностью отдавшись ощущениям. А ведь совсем недавно он ненавидел массажи, хоть и должен был посещать их каждую неделю. Он лежал в кабинете, поглощенный мучительным ожиданием конца сеанса, уходя, благодарил, оставлял щедрые чаевые, но тело оставалось таким же напряженным, как и до сеанса, только теперь еще и промасленным.

А сейчас Алекси просто лежал в тишине и покое уютной спальни Кейт, не было ни криков, ни стонов, только ее тихая неторопливая ласка, прикосновения ее губ и языка, но он чувствовал, как на него накатывают волны наслаждения, как он все глубже погружается в его пучину.

Но Алекси не хотел, чтобы все закончилось так быстро. Он подхватил Кейт, положил ее рядом с собой, одновременно помогая ей освободиться от одежды, вдыхая аромат ее волос, скользя руками по манящим изгибам ее тела, наслаждаясь приятной тяжестью груди в плену его ладоней.

Последние месяцы он искал ответ, много думал над тем, чего ему не хватает, чтобы разобраться в себе, привести в порядок свои мысли и память, примириться с собой. И вот наконец, уже засыпая, он нашел правильное слово.

Раньше он не придавал этому значения, но сейчас понял, что никогда до сегодняшнего дня не испытывал настоящего покоя.

Когда Кейт проснулась, кровать рядом с ней была пуста. Она ожидала чувства стыда, сожаления, которое должно было вот-вот нахлынуть, но оно не пришло. Она не жалела ни об одном мгновении прошлой ночи.

Правда, ей, скорее всего, придется сделать татуировку на все лицо, чтобы Алекси в понедельник утром не заметил румянца на ее щеках, но, даже несмотря на это, она была уверена, что прошлая ночь была самой прекрасной в ее жизни.