Моя по всем статьям

– Только писал, – возразила шёпотом. – И не много, а только один.

– Говорил. Давно говорил, Крис. С тех пор ничего не поменялось. Я люблю тебя.

Что должно было произойти после его «люблю»? Должно ли было время понести нас вперёд? Должна ли была перелистнуться ещё одна страница нашей одной на двоих жизни? Ничего не случилось, не поменялось. Мы так и смотрели друг другу в глаза. Только живот у меня свело нежностью, прокатившейся тёплой волной по телу до самых кончиков пальцев. Подушечки закололо от неистового желания повторить каждую черту лица Арда.

Это было больше, чем физической и эмоциональной потребностью в нём.

– Есть любовь, которая приносит счастье, Кристина. Есть любовь, которая вытравляет душу. Моя любовь к тебе прошла через всё. Эта тварь не сдохла даже когда я выжег всё остальное. Любовь к тебе, Крис, сильнее меня. Это вообще самое сильное, что есть во мне. Не знаю, кем бы я был, если бы не ты, – он слегка качнул головой. – Не тем, кто я есть, точно. Я люблю тебя, Кристина. И это уже ничего не изменит.

Буду я тебе говорить об этом или нет.

– Рихард… – только и смогла выдавить я.

Хотела сказать, что я тоже его люблю. Что нельзя любить так сильно, что это не нормально. Но слова застряли в горле. Полы моего халата были распахнуты. Я прижалась к Рихарду так тесно, как только могла. Одежда мешалась, но бороться с пуговицами было слишком долго. Я обхватила его голову, поймала поцелуй и раскрыла губы, едва почувствовав требовательный язык. Задыхалась, отвечая ему, захлёбывалась счастьем, во вкусе которого было всё, начиная от горечи разочарований и заканчивая искристым восторгом.

Наши языки столкнулись, рука Рихарда оказалась у меня на спине под халатом.

– Если ты – моё наказание, – он прошёлся губами по моей щеке, шумно втянул носом у виска, потёрся колючей щетиной, – в прошлой жизни я сделал что-то из ряда вон.

– Даже не сомневаюсь в этом, – отозвалась, целуя в подбородок, в скулу. – Только сделали мы это вместе.

Он снова потёрся о мой висок.

В груди его зарокотало, дыхание опалило мой лоб у линии волос. Нижняя пуговица его рубашки поддалась, за ней вторая. Его выпирающий через джинсы член соприкасался с моим животом, и внутри у меня было жарко.

Я сдвинула бёдра, когда Ард впился в меня взглядом. Выдох, шаг назад. Нащупала край стола и сглотнула.

Рихард дёрнул ремень. Слова не исчезли – стали просто ненужными. К чему? У нас были зеркала. Зеркала наших душ, и каждый видел в зеркале напротив любовь.