Моя по всем статьям

 – А Доминикана… Откуда ты знаешь?

Мы с Дмитрием действительно летали в Доминикану. Через несколько дней после того, как я ушла от Арда, он просто встретил меня с работы и спросил, есть ли у меня загранпаспорт. Через четыре часа я уже сидела в самолёте. За ту неделю, что мы пробыли там, Афанасьев ни разу не потребовал от меня больше, чем ужин. И именно это стало для меня определяющим, чтобы спустя ещё месяц на вопрос, выйду ли я за него, ответить да. Только… при чём тут «вовремя» Арда?!

– Я приходил к тебе, – он так и держал браслет.

– Я… Я не помню, – я правда не помнила. – Когда?

– Утром, когда ты обычно шла на работу. Я снял квартиру. В тот день, когда ты ушла, хотел сказать тебе…

– Что у тебя было с Анной? – перебила резко. – Только правду.

– Ничего. А у тебя с Афанасьевым? Только правду.

– Ничего, – хотела сказать, а получилось едва слышно, одними губами. – Ничего.

Наверное, по законам жанра классического любовного романа стена между нами в этот момент должна была пойти трещинами и рассыпаться.

Между нами повисла гнетущая тишина. Семь лет отчуждения. Семь проклятых лет отчуждения и ненависти!

Я первая подалась к Арду. Хватит с меня этой тишины! Хватит! Обхватила его за шею и прижалась губами к губам. Он сразу же обнял меня. Я почувствовала, как что-то ударилось о мою ногу. Браслет…

– Почему ты просто не спросил? – прошептала, сильнее обхватывая Рихарда за шею.

– Я бы спросил, – он собрал мои волосы. Между нашими лицами были считанные сантиметры, и я отчётливо видела полоску, в которой кофейная радужка его глаз переходила в черноту зрачков. – Спросил бы, Крис. Но ты всегда была нетерпеливой. Что ты хотела? Доказать, что быстро найдёшь мне замену?

Я не знала, что ответить. Хотела ли я именно этого? Или просто хотела быть нужной? А может быть, наоборот. Не хотела. Не хотела чувствовать себя брошенной, не хотела сидеть и думать, чем та, другая, лучше меня.

Ничего не сказав, запустила пальцы во влажные волосы Рихарда. Потихоньку прикусила его губу. Второй рукой нашарила пояс на его халате и принялась спешно развязывать узел. Халат распахнулся, и я с лёгким стоном провела раскрытой ладонью по груди Арда. Чувствовала колечки шелковистых волос, твёрдость мышц, и слова становились не нужными.