Моя по всем статьям

Сделала шаг, не соображая, зачем. Запах дыма стал совсем густым, горьким, едким. Зачем я вышла за него?! Зачем?! Накрыв лицо ладонью, я тихо застонала. Уголки глаз щипало от слёз.

– Мама! – звонкий голос Алисы взорвал окружающее меня пространство.

Только начавшееся успокаиваться сердце забилось отчаянно и быстро. С затаённым дыханием я обернулась и увидела дочь. Та сделала неуверенный шаг ко мне. Словно бы, как и я, не верила, что ей всё это не снится.

– Алиса, – выдох слетел с непослушных, онемевших губ. Шёпот и тут же всхлип: – Алиса!

– Мамочка! – дочь бросилась ко мне.

Выронила зайца, которого держала. Я опустилась перед ней, подхватила и принялась расцеловывать личико.

– Девочка моя, маленькая моя…

Ледяная броня рассыпалась напрочь. Я дышала своим ребёнком, прижимала Лисичку, гладила её по волосам и не могла унять эмоции. Её лицо тоже было мокрым от слёз. Эта встреча была ещё болезненнее предыдущей. Дыхание вырывалось со свистом, руки тряслись.

На мгновение я подняла взгляд. Чёрной тенью Дмитрий стоял на фоне дверного проёма и мрачно смотрел на меня.

Секунд пять мы не сводили друг с друга глаз, а после он тихо закрыл дверь и ушёл. Беззвучно, так же, как и появился.

– Папа сказал, что я больше тебя не увижу, – моя девочка вытерла слёзы. Вначале свои, а потом и мои.

– Папа… – я едва не сказала, что её папа такого не сказал бы. А тот, кто сказал, он не папа.

На пол возле нас что-то упало. Я опустила взгляд. Телефон. Хотела взять, но Алиса подняла его первая.

– У тебя что-то работает, – она протянула его мне.

 – Записывается.

– Включилось… – я поспешно нажала на приостановку записи. – Случайно включилось. Упал, и включилось, наверное.

Алиса этим удовлетворилась. Я убрала телефон и села прямо на пол. Взяла руки дочери в свои, погладила её пальчики. На ней было вишнёвое платье с длинными рукавами и плотные светлые колготки. На ножках – лёгкие сандалии, которых я не помнила, на шее – маленькая золотая подвеска в виде вишенок. Я смотрела на неё и не могла насмотреться.

– Почему папа сказал, что я тебя больше не увижу?

– Он… он пошутил.

Просто неудачно пошутил.

– Он не шутил. Он никогда не шутит.

Боже, какая же она взрослая! Я так и смотрела на неё, а сердце сжималось. Да, Дмитрий никогда не шутил. Вернее… шутил, когда-то очень давно. А потом почти перестал, хотя порой я слышала его смех. Только был он не для нас.

– Он ошибся. Не пошутил – ошибся. Вот и всё, – сказала, умолчав об одном. Он ошибся не когда сказал, что она меня больше не увидит.