Моя по всем статьям

В моём присутствии Алиса разговаривала с детским психологом, но…

– Скажем, суд принял к рассмотрению все детали и рассмотрел дело вне очереди без твоего присутствия. Остальное знать тебе не обязательно. Главное, что теперь Алиса с тобой.

– С нами, – поправила я. Не глядя положила папку на стол, схватила Рихарда за руку. – С нами, Ард. Ты… у меня нет слов. Это… – я прикрыла глаза, качая головой. Разве могли хоть какие-то слова стать отражением того, что творилось внутри меня?!

Каждый божий день я опасалась, что органы опеки отберут у меня Алису.

Что Дима надавит на нужные точки, и даже нахождение в следственном изоляторе не помешает ему сделать это. Алиса была со мной, но до этого момента прав на неё я, в сущности, не имела. А теперь… Радость охватывала меня постепенно. Из крохотной точки она превращалась в огромный солнечный шар. Сдавленный смех слетел с губ вместе с брызнувшими из глаз слезами. Я плакала и смеялась, чувствуя себя глупой и счастливой.

– Спасибо. Спасибо, Ард. Спасибо тебе.

Ты… Господи, Ард!

Рихард подхватил меня и посадил на край стола. Положил руки на бёдра. Я обвила его лицо ладонями и поцеловала. Нежно, неспешно, поглаживая скулы. Прижалась к его лбу своим и шмыгнула носом.

– Это лучший свадебный подарок, какой только ты мог мне сделать.

– У меня были свои корыстные интересы, – он сжал мои бёдра и отпустил.

– Теперь всё будет хорошо, – вздохнула. Соскользнула со стола, придерживаясь за шею Арда. Поцеловала ещё раз и повторила: – Наконец-то у нас всё будет хорошо.

Для свадебного торжества Рихард снял маленькую загородную усадьбу. Там же должна была состояться и роспись. Узнав об этой идее, я пыталась отговорить его, но куда уж!

Слава Богу, он всё-таки не стал устраивать из нашего бракосочетания фарс с кучей чужих людей. Среди гостей были только самые близкие: друзья с семьями и кое-кто из родственников. Все – со стороны Арда. Как мне ни хотелось позвонить двоюродной сестре, сделать это я так и не решилась. Почему, не знала сама.

Сидя на пуфе перед зеркалом, я разглядывала принесённую мне дочерью герберу. Яркая, с рыжими лепестками, она была словно воплощением заливающего с самого утра всё вокруг солнца.

В комнату зашла Мирослава. Я повернулась к ней и улыбнулась.

– Как ты? – спросила она, закрыв дверь.

– Немного волнуюсь, – ответила я честно.

Я действительно волновалась. Всё было готово: зал, столы, сервированные на лужайке перед домом. От услуг стилиста я отказалась.