Моя случайная проблема, или Детка, мы влипли!

И ещё этот ваш шрам, — ее тоненький пальчик коснулся моей колючей щеки. — Откуда он?

— Вот и не отвлекайтесь, — я широко улыбнулся и закрыл ее хорошенький ротик поцелуем.

Зарылся пальцами в густую копну рыжих волос, углубляя поцелуй и чувствуя, как с каждой секундой нарастает мое возбуждение.

В коридоре отдаленно послышались мужские крики, грохот, но я всецело погрузился в этот занимательный процесс.

И если в первые секунды Каролина была девственно скована, то теперь ее руки бесстыдно изучали мою спину, и она отвечала на поцелуй со всей страстью.

Я отбросил в сторону ее кружевной бюстгальтер и…

Дверь в комнату с оглушающим грохотом слетела с петель.

— Какого черта?! — взревел я, гневно глядя на семерых жандармов, что ворвались в мой гостиничный номер.

— Она тут! — завопил один из них. — Сеньор Лоури! Мы нашли ее!

Не прошло и секунды, как в дверном проеме показался разгневанный важный старик. От картины, которую мы ему преподнесли, его лицо исказила гримаса лютого бешенства, а рот приоткрылся от дикого возмущения.

— Каролина! — прогремел он. — Что ты себе позволяешь?!

Я с непониманием уставился на свою рыжеволосую любовницу. Она крепко зажмурилась, сморщила свой вздернутый носик и обреченно вздохнула:

— Не успели… Что ж… Прощай свобода, и здравствуй монастырь…

Воздух в экипаже был пропитан ненавистью.

— Я умру от позора и стыда! Ты хочешь моей смерти!

Ивур Лоури уже пятнадцать минут орал не переставая. Сыпал оскорблениями, проклинал.

— Я просто хочу, чтобы вы освободили мой дом, который отчего-то теперь называете своим, и убрались отсюда, дядя, — прошипела, стиснув зубы. — Оставьте меня в покое. В конце концов, мне двадцать четыре. Я взрослая женщина и не нуждаюсь в вашей нелепой «опеке».

— Ах ты неблагодарная дрянь! — старик замахнулся, но я перехватила его руку и откинула ее в сторону. — Тебя не то что в монастыре, тебя в клетке держать надо, — бросил небрежно он.

— А вы думали, что я спокойно буду смотреть на то, как вы пытаетесь лишить меня свободы? — уточнила, выгнув бровь. — Я дождусь того момента, когда вернутся мои братья, и с удовольствием посмотрю, как они вышвырнут вас на улицу! А пока я буду сражаться с вами любыми способами. И ломать любые ваши планы. Как с монастырем… Все, вы больше не сможете отправить меня туда! — солгала я.