Моя случайная проблема, или Детка, мы влипли!

 — Правда забывается, и от нее остается лишь маленькая частица, украшенная разными небылицами.

— Говорят, что раньше в Альтангоре все жили в мире и спокойствии. Каждый народ подчинялся своему правителю. Пока драконы не захотели взять всю власть над Альтангором в свои руки и установить новые законы, — рассказывала нам Ингрид, доливая травяной чай в деревянные кружки. — Это не понравилось многим народам. Поднялся мятеж. И возглавил его один из самых сильных светлых магов — Аэль Ламан.

— Ламан? — вилка выпала из моих рук, когда я услышал знакомую фамилию.

Я отодвинул тарелку и сурово взглянул на старушку, надеясь на то, что это простое совпадение.

— И что было дальше?

— Для того, чтобы подавить этот мятеж, драконы нарушили самый главный закон Альтангора — использовали книгу Меир-нам. Она была создана для защиты магических рас, а стала их погибелью…

— Что вы имеете в виду? — поинтересовался пытливо Анхель, орудуя карандашом по клочку бумаги и делая пометки.

— Драконы лишили магии и памяти всех мятежников.

— Зачем они сделали это? — возмутился историк.

— Они думали, что таким способом обрекают изменников на долгие муки. Кто мог подумать, что там возникнет новый мир? Вот так грань стала вечным напоминанием жителям Альтангора о том, что может произойти с теми, кто пойдет против новых законов и правителей.

— Да мы и без вашей магии знаете, как там живём?! Ух! — горделиво заявил Нэйт. — Любой дракон позавидует!

— А что стало с предводителем мятежников? — поинтересовался я, с неподдельным интересом слушая этот рассказ.

Меня интересовало только одно: имеет ли этот идиот Уго Ламан какую-то связь со светлым магом-мятежником, что решился идти против драконорожденных и повел за собой магические народы много веков назад.

— Его прокляли. А потом тоже отправили за грань. Теперь род Ламана в вечном услужении драконов.

— Да чтоб вас! — рявкнул раздраженно и впечатал кулак в деревянный стол.

— Но это ведь не тот Ламан, что гонялся за нами, да? — аккуратно уточнил у меня Нэйт. — Тот совсем не похож на проклятого… Скорее, дикого.

Старушка тяжело вздохнула и уселась в свое плетёное кресло, стоящее неподалеку от стола.

— Каждого проклятого из рода Ламана называют Мятежник, — продолжила она.