Моя случайная проблема, или Детка, мы влипли!

— Нет, он точно бандит, — улыбнулась я, вспоминая широкую улыбку черноглазого красавца, который, сам того не подозревая, уже дважды меня спас.

— Женщины… Они губят нас. Их дьявольская натура способна уничтожить любого сильного мужчину. Их нежность, грация, красота и уверенность — это все сильнейшее оружие, против которого мы совершенно бессильны. Правда, Дамиан?

Язвительно усмехнувшись, я взглянул на своего лысого «друга по несчастью», что делил со мной эту зловонную камеру в отделе жандармерии. На вид ему было не больше сорока, хотя из-за чумазого побитого лица было трудно определить его точный возраст.

О красоте и женских пороках он философствовал уже час и, между делом, поведал мне о том, что попал сюда тоже из-за женщины. Его дама желала получить кольцо… И он выполнил ее желание. Правда, не купил его, а украл.

О своем позорном провале я рассказал вскользь, упуская некоторые детали.

Потому что уже и без того целый час корил себя за глупость и беспечность.

Больше всего я переживал за свои вещи.

А именно за куртку, где спрятал самую важную драгоценность. Карту Монсави.

Я так долго за ней гонялся и теперь лишился ее по собственной глупости. Идиот.

О чем я, черт возьми, думал?!

— Вот зараза… — прошипел я от боли, когда дотронулся до огромной ссадины, что «украшала» скулу.

— Эй, герой-любовник! — рявкнул из коридора стражник. — К тебе посетитель!

Мои глаза уставились на толстые решетки камеры, через которые был виден серый каменный коридор.

Посетитель? У меня не было знакомых в столице.

Если не брать в расчет девушку, которая ворвалась ко мне в номер и с такой легкостью отключила мой мозг. Неужели рыжеволосая красотка решила мне помочь?

— Боже! Так это действительно вы! Легендарный Дамиан Ворн — охотник за сокровищами! — этот восторженный мужской голос снова заставил меня повернуть голову к решеткам.

— Ну не такой уж я и легендарный, — протянул устало и сощурился, с интересом разглядывая своего необычного посетителя.

Несмотря на то, что ему определенно было больше пятидесяти, его русые волосы ещё не тронула седина. Только на макушке красовалась огромная проплешина. Я оценил его внешний вид и усмехнулся. Я называл таких людей «воротнички». За их любовь к строгим черным костюмам и нелепым бабочкам. У старика даже трость имелась — главный атрибут «воротничка».

Одной рукой он сжимал набалдашник своего дорогого аксессуара, а другой — прижимал к груди дорогую черную шляпу.