Моя строптивая леди

Все это не имело ничего общего с государственной изменой, зато было вплотную связано с ее судьбой.

— Как интересно! — произнес Родгар, внимательно ее выслушав. — Вы говорите, письмо было весьма откровенным? А именно?

— Она назвала его Геркулесом, а потом… — Честити покраснела до корней волос, но ничего не оставалось, как вдаться в детали, — потом там говорилось о его платке у нее между ног в театре и о ее ленте, которую ему предлагалось обвязать вокруг… нет, я не могу продолжать!

— Это и не нужно, я уже могу составить общую картину.

В самом деле, письмо гораздо откровеннее обычной любовной записки.

— Вот и я так подумала.

— И вы спрятали его в пустой комнате, в трещине за каминной полкой. Как найти этот дом?

Девушка объяснила, насколько могла вспомнить, и маркиз сделал заметки. Вскоре Брайт Маллорен отправился с поручением разыскать и привезти письмо. Похоже, он был счастлив убраться подальше от свадебных столов.

— По-вашему, от письма будет толк? — спросила Честити Родгара. — Мне бы не хотелось погубить безупречную репутацию Нериссы.

По сути, она не сделала ничего плохого, просто сказала правду.

— Просто поставила подпись и печать под приговором, — сухо уточнил он. — Вы чересчур добросердечны, дорогая моя. Нерисса Трелин из тех женщин, что не задумываясь погубят любого, кто встанет у них на пути. К тому же вы ошибаетесь, называя ее репутацию безупречной. Полсвета знает, что это обычная потаскушка, но находит забавным притворяться, что это не так. Кстати, они знали и то, что вы ни в чем не виноваты — у высшего света нюх как на порок, так и на добродетель, — и вволю позабавились, бросая камни в невинную жертву.

Жертва время от времени необходима — на алтарь добропорядочности, чтобы удостовериться, что условности все еще в силе. Так устроен свет.

— Вы тоже к нему принадлежите!

— Я его столп, — добродушно подтвердил Родгар. — Однако в отличие от некоторых я не обижаю невинных.

Он вдруг приблизился к Честити, поднял ее лицо за подбородок и коснулся губ губами.

— Временами я почти завидую брату…

В этот миг она всем существом ощутила присутствие Сина в кабинете, отпрянула и повернулась.

— Я вижу, процесс восстановления твоей репутации идет полным ходом, — заметил Син таким ледяным тоном, который не удался бы и Родгару. — Удачная мысль, брат! Никто не посмеет усомниться в добродетели супруги маркиза Родгара.

— Не в моем присутствии, — согласился тот. — Однако нас больше занимает то, что говорится за спиной.