Моя строптивая леди

— А если я жду своего кавалера?

— Мой розовый бутончик, ваш кавалер перед вами!

В памяти молнией возникли события недавнего прошлого. Хедерингтон! Он-то как здесь оказался?

— Обманщик! — Честити легонько стукнула его сложенным веером по запястью. — Мой кавалер ниже ростом.

— Тогда на что он вам? — засмеялся Хедерингтон. — Позвольте обрушить на вас всю мощь своего обаяния.

Ему нельзя было отказать в привлекательности, но, так много о нем зная, Честити не уединилась бы с ним.

— Нет, милорд, не позволю.

Ничуть не обижаясь, Хедерингтон откланялся.

Эта встреча означала, что поток гостей возрос и она не успевает следить за ним. Честити снова принялась озираться, но тут еще какой-то джентльмен, в золотистом домино и маске, остановился, оглядел ее и приблизился.

— Мой милый хамелеон! — сказал Син. — Откуда эти седины? Неужели тревоги так внезапно тебя состарили?

— От тебя не скроешься!

— А зачем скрываться? Идем! — Он галантно предложил Честити руку.

— Зачем? — испугалась она.

— Только чтобы сообщить, что Бренду удалось убедить Вернема остаться на бал.

Несколько успокоившись, девушка взяла его под руку, и они двинулись через толпу в поисках маркиза.

— Как же это Бренду удалось?..

— Он объяснил, что лишь таким способом Вернем разживется едой и питьем. Этот тип обожает крепкие напитки. Я заметил, что он так и вьется возле бренди.

— Родгар рассказал тебе о своих планах?

— Нет, но не тревожься.

Син сказал это очень серьезно, словно знал, что Честити ни жива ни мертва от страха.

Родгара в холле не оказалось, и они прошли в первую из целой анфилады гостиных. Негромкий, но четкий звук удара в момент, когда они миновали распахнутые двери, привлек внимание Честити к Сину. Он был при шпаге.

— Ты думаешь, дойдет до схватки? — спросила она шепотом.

— Очень на это надеюсь, — ответил этот истинный Маллорен.

Честити вдруг показался зловещим беспечный гомон людей, у которых не было забот серьезнее, чем здоровье детей или виды на урожай.

Родгар обнаружился в помещении, отведенном под игорный зал, где он усаживал за стол самого Бьюта и его даму. С незнакомкой в алом домино он был сама галантность, и Честити запоздало сообразила, что это может быть только леди Августа, принцесса Уэльская, мать короля Георга. Сердце ее заколотилось.