Мой ангел злой, моя любовь…

 — Еще четыре лета, и уж достигну срока, когда и на паркет не выйти! [710] Стану сплетницей и завистницей…"

"— Ох, и держитесь тогда юные прелестницы! — муж игриво прикусил кожу ее шеи, и она с негодующим шипением («След же! Mon cher, след будет!») отстранилась от него. Впрочем, не так быстро, как должна была бы, сводя на нет свое негодование блеском глаз, выдававшим желание, вспыхнувшее в ней. Андрей положил руку на легкую округлость живота, едва угадывающуюся сейчас под шелком. Их взгляды встретились в отражении зеркала.

— Ты нынче напоминаешь мне кошку, в этой тягости, — прошептал Андрей, и от его горячего дыхания, которое коснулось нежной кожи ее шеи, по ее телу пробежала мимолетная легкая дрожь возбуждения. — Такая мягкая, такая ласковая, такая умиротворенная…

— А прежней я кем была? — поддразнила его Анна, задорно улыбаясь.

— Львицей, — без раздумий сказал муж, гладя живот через гладкий шелк платья. — Рычащей на всех и готовой откусить голову тут же без суда и следствия и без различия персон.

— Тебе бы я определенно не откусила, — заверила его Анна, проводя ладонью по его щеке. — И ныне я такая покойная, потому что знаю — ты рядом, и ничего худого не будет. Потому что ты рядом со мной. Спасибо тебе…

Андрей поднял брови, словно задавая немой вопрос, за что она благодарит его, а она повернулась и прислонилась лбом к его шее, утыкаясь в шелк галстука, туго завязанного умелыми руками комердина. Закрыла глаза, наслаждаясь его присутствием подле нее, таким привычным ей уже запахом его кожи.

Нежностью руки, которая провела по ее волосам, а после вниз по шее и по линии обнаженного плеча.

Пару вечером назад, на Рождественской службе, Анна стояла возле мужа в церкви и, чуть запрокинув голову, чтобы видеть роспись купола и сосредоточенно-внимательное лицо Христа, глядящее на нее с высоты, благодарила Его за тот дар, который был ей послан Им на Рождество далекого уже 1811 года.

За безграничную любовь Андрея, за его заботу и нежность.

За то, что он такой, каков есть. И за то, что проведя через все испытания и горести, через потери и разочарования, Он все же привел ее к Андрею, а Андрея к ней. За то, что он всегда готов быть рядом с ней, и всегда протянет ей свою руку, невзирая ни на что вокруг.

Как и тогда на службе, когда Анна оглянулась на него, стоящего чуть позади нее, и потянулась к нему рукой, словно желая ощутить в который раз теплоту его прикосновения.