Мой большой... Босс

А второе — от банка, о том, что баланс пополнен. И сумма, которая теперь на моем счету, дает исчерпывающий ответ по крайней мере на один из мучающих меня вопросов…

Большое наказание Большого Босса

— То есть, ты не нашел ничего лучше, чем кинуть ей на карту бабла? — Тимурка с полминуты смотрит на меня настолько удивленным взглядом, что я реально ощущаю себя дебилом. Опять.

И, вот новость, это теперь, похоже, мое постоянное состояние!

Хмурюсь, отвожу взгляд, отпиваю из низкого бокала Мартелл, кстати, принесенный братишкой.

Хороший вырос парень.

Еще бы язык умел за зубами держать, цены бы ему не было.

— Слушай… Так ты бы ей в трусы сразу пачку баксов скинул, чего растерялся-то?

Нет, точно язык слишком длинный. Надо укоротить.

Выбрасываю руку, а это, я вам скажу, из положения сидя в низком кресле, не особо удобно.

Тимурка, наверно, тоже так решил, раз посмел мало того, что трепаться о том, о чем его не спрашивали, так еще и в пределах досягаемости расположился.

Пальцы удобно ложатся на гортань мелкого засранца, чуть сдавливают.

Смотрю на хрипящего брата, качаю головой и говорю наставительным, даже, я бы сказал, учительским тоном:

— Не надо так говорить.

Потом отпускаю горло Тимурки и опять прикладываюсь к Мартеллу.

Делаю хороший такой глоток, мягко катящийся по гортани… И комментирую тихо:

— Сам знаю.

Брат кашляет, разминает горло пальцами:

— Ну и лапа у тебя… В спорт возвращаться не думаешь?

— Пошел ты…

— Ну а чего? Ты еще лет десять всех валить будешь с таким железом вместо пальцев…

Молчу, пью опять.

Наклоняюсь к камину, щурюсь на огонь…

Как мы с русалкой тут хорошо отожгли… Совсем недавно? Да? Или давно уже это все было… Кажется, вечность…

Я ее гладил прямо тут, на ковре, у камина. И отблески огня на нежной коже красиво играли. Я их путь языком отслеживал…

Сглатываю слюну, вспоминая ее вкус…

Виски ломит болью потери. Идиот, надо же…

— Идиот… — ничему не научившийся мелкий говнюк продолжает, как ни в чем не бывало, высказываться, — ну ладно… А она после этого с тобой хоть разговаривала?

Молчу, щурюсь на огонь.

— Понятно… Бабки вернула?

— Да. Сняла с карты и занесла в бухгалтерию под роспись.

— Гордая, значит… Нафига ты вообще?..

— Затупил, — нехотя отрываюсь от огня, смотрю на темный коньяк в бокале, — понимаешь… Я на ней одежду… И до этого… Ну и подумал, что надо компенсировать…

— Да, — задумчиво подтверждает Тимурка, — затупил ты знатно. Даже я так не туплю.