Перекричать, что ребёнку плохо. Тут больные детки, родители к такому привыкшие.
Можно заорать не самое приятное. Обвинить Савву в похищении. Но тут они мамочки, никто не справится. И Дубинин по прошлой схеме — рванёт.
Броситься на него, силой забирая? Савва это вывернет как то, что я неадекватная. И для опеки быстро склепает историю.
Так.
Хорошо?
Какие ещё варианты?
Поговорить? Да. Лучший вариант.
— Верни мне ребёнка, — просу ровным, промёрзшим голосом. — Савва, это не смешно. Это подведут под похищение…
— Я держу на руках ребёнка, который от тебя убегал, — спокойно парирует мужчина.
— Какое похищение?
— Удержание силой!
— А я удерживаю?
Я вспыхиваю. Кирюша молчит, не спешит плакать. Нахмуренный донельзя, хлопает глазами.
У него такая реакция на стресс и что-то непонятное. Ступор и отсутствие каких-либо слёз. Сплошная тишина.
Внутри всё обрывается. Желудок в комочек скручивает. Током по нервам лупит, заставляя дрожать.
Но я пытаюсь собраться. Ищу варианты. Как быстрее и безопаснее закончить это всё.
И да. Выход только один.
Согласиться на шантаж.
— Да, готова, — произношу сдавленно. — Поговорить и всё остальное. Но отдай мне сына. Савва… Я не могу… Не сейчас… Я хочу, чтобы ты отпустил ребёнка. Пожалуйста. Я… Это же не сложно? Ты видишь как мне страшно?
Я почти не вру. Я убираю всю защиту, заслоны. Позволяю бывшему мужу увидеть моё состояние.
Разбитая. Испуганная. Измученная.
На грани.
Смотрим, Савва, мне не жалко. Этого хотел?
Губы дрожат, а дыхание рвётся каждую секунду.
Истерика играет на нервах, скалится вовсю.
И я не пытаюсь держать себя в руках. Показываю. Демонстрирую.
И…
Немного переигрываю. С просьбами, всхлипами. Но эмоциями делюсь щедро.
Ты ведь хотел, Савва. Ты же так пытался из меня выдавить.
Я теперь сама даю. Открываю поток, позволяю захлёбываться в них.
Почему же, Дубинин, выглядишь так плохо?
Мужчина будто растерян. Впивается в меня взглядом. Явно не находит, что ответит. Находится в полнейшем непонимании.
Хмурится.
И на секунду сходство между ним и Кирюшей становится слишком очевидным.
— Ты же не такой монстр, — продолжаю. — Ты хочешь украсть моего сына? Савва… Так нельзя. Пожалуйста. Что я тебе сделала? За что ты…
— Савва! — вмешивается Наташа. — А что происходит?! Почему она говорит… Отпусти ты ребёнка!
Толкает его в спину. Выглядит обеспокоенной не меньше меня. В мою сторону избегает смотреть, но Савву продолжает доставать.
Прижимаю ладонь к губам. Прячу облегчённую улыбку.
