Боль я чувствовала, вот только она никак не отрезвляла.
– Дед Мороз тоже реальный? А чебурашка?
– Смотря кого ты под ними понимаешь, – усмехнулся Виктор. – Разновидностей всякой нечисти, как называют нас люди, пруд пруди на самом деле. Но, думаю, пока с тебя и оборотней с вампирами более чем достаточно.
Он скептически покосился на меня в зеркало заднего вида.
– Ты сама-то как? Держишься?
– Держусь, – я кивнула на ручку над дверцей, в которую вцепилась мертвой хваткой.
На всякий случай взялась еще и второй рукой.
Мало ли.
– Вообще, все это очень странно. И подозрительно, – он постучал пальцами по обшивке руля. – Я тебе верю. Но я не мог перепутать метку у тебя на теле. Это действительно очень похоже на Галавиц.
– Почему ты тогда братьям своим ничего не сказал? – при мысли о том, что могло бы быть, если бы кто-нибудь в том проклятом зале решил, что я враг, меня откровенно передернуло.
Вспомнились разом все виденные мною кровавые сцены из фильмов ужасов. И я посреди всего этого кровавого великолепия.
Словно со стороны увидела себя в злополучном баре, где кончились наши с Виктором отношения. Вот только теперь это я стояла испачканной в крови, облизываясь и ухмыляясь.
– Иначе они бы не согласились дать тебе кулон, а кулон – это защита. С ним тебя не тронут даже Арбитры.
– А кто такие Арбитры? – почему-то мне представился футбольный судья, который бегает за мной, пытаясь показать красную карточку.
У судьи такие же красные глаза, как у Виктора, когда он пользуется своим гипнозом, а из штанов отчего-то торчит хвост.
Брр! Такими темпами я не в тюрьму попаду, а в сумасшедший дом.
– Что-то вроде третейского суда для нечисти, плюс, иногда помогают решать проблемы с документами.
– Масонское общество?
– Даже не знаю, что тебе сказать, – засмеялся мужчина, наши взгляды встретились в зеркале заднего вида, и, заметив его веселое лицо, я сама невольно заулыбалась.
Уже когда мы поднялись в квартиру, где Виктор меня прятал, я поняла, что так и не спросила самого главного. Он сказал, что оборотни плевали на всех и убивали людей.
А вампиры? Многих ли он убил в своей жизни? Или, может быть, они относятся к людям, как люди к коровам и свиньям? Да, есть вегетарианцы, но большинство употребляет мясо в пищу, не чувствуя при этом никаких угрызений совести."
"Виктор поставил в угол комнаты мои вещи с работы, которые так и не отдал мне вчера, а также черный пакет, где лежал заметно поувядший цветок.
Повесил куртку рядом с моей на крючок в прихожей.
