К счастью, прежде чем я начну делать глупости, его отвлекает телефонный звонок, который заставляет мужчину уйти в другую комнату. Когда он задерживается, я испытываю только облегчение. Спокойно заканчиваю есть, умываю Аришку в ванной и решаю дать ей немного походить по гостиной, придерживая за руку."
"Моя девочка все еще неуверенно держится на ножках и боится ходить одна дольше пары минут. Я списываю ее неуклюжесть на полноту, потому что ребенок очень пухленький, не удивлюсь, если у нее перевес. Конечно, лишний вес делает детей очень милыми сладусиками, но это ведь может быть вредно.
Ладно, Дубов, он мужик, но почему няня не следит за ее питанием? Могу ли я завести этот разговор или пока лучше не лезть?
— Давай, моя хорошая, тебе это нужно, — ласково уговариваю Аришку, когда она пытается сесть на пол, явно не намеренная со мной прогуливаться.
Я держу ее за крошечную ручку и мне не остается ничего другого, кроме как отпустить, чтобы не травмировать ее, потому что малышка намертво прилипла попой к полу и не желает вставать.
- Какая же ты лентяюшка! — корю нежным голосом, присаживаясь на корточки и беря ее на руки. — Вредина и лентяйка, но очень сладкая.
Целую дочку в мягкие щечки, потираясь носом о ее носик, и полной грудью вдыхаю сладкий аромат детской присыпки, исходящий от нее.
- Сладенький ребеночек! Так бы и затискала тебя всю!
- Согласен, — внезапно раздается голос Дубова над ухом.
Он стоит совсем рядом и, хотя не соприкасается со мной, но близок к этому. Мужчина медленно наклоняется, не отпуская моего взгляда своими гипнотизирующими голубыми глазами, и целует Аришку в ту же щечку, что и я секундами ранее, а потом, не разгибаясь, поворачивает голову, обдавая мои губы мятным дыханием.
На долгий миг мы оба застываем, он — с вопросом в глазах, я — с нерешительностью и безотчетным страхом. А потом, Дубов, видимо, сам принимает решение и медленно накрывает мои губы своими, обняв нас с Аришкой обеими руками и прижав к своему сильному телу.
Мои глаза с трепетом закрываются, а губы медленно приоткрываются, встречая его поцелуй, и на короткий момент я совершенно перестаю думать, растворившись в волшебном чувстве, пронизывающем тело огненными вспышками, но этот сладкий миг заканчивается очень быстро.
Отчасти, из-за того, что Аришка начинает ерзать в наших общих объятиях.
Я распахиваю веки и с ужасом отстраняюсь от горячих губ начальника, и только благодаря его ловким рукам, не падаю вместе с тяжелым ребенком на руках.
