– Проводили жену?
Закатываю глаза. Язва.
– Рэм, – слышу голос Златы из комнаты. – Я сейчас!
– Не торопись, малышуль, – кричу ей и иду к Забаве. – Вот вроде умная девка, а туда же. – укоризненно качаю головой. Слышу сзади усмешку Мирона. – Ну, надо так было. Вот не понимаете же нихера, а носы свои суете.
– Да… пока вы… дела свои делали, жен заводили, – задирает нос мелкая и смотрит мне в глаза пристально, – мама не пила и не ела. Потолок три месяца разглядывала.
Стыдно.
Закрываю глаза и тру переносицу, стараясь не показать вида, что мне больно.
Выдыхаю медленно.
Она хорошая дочь и просто защищает мать.
– Так что, лучше забирайте своего дикого, – кивает на Мира, и я слышу, как он громко цокает языком, – и уходите. Я, правда, благодарна вам почти за все, что вы сделали. Но для нас такой образ жизни неприемлем. Я не хочу повторения.
– Да не будет никакого повторения, – усмехаюсь. – Все. Ваш я весь теперь.
– А нам оно надо спустя столько времени? – топает ногой Забава, повышая голос, и вдруг переходит на шепот.
– Я думала, что она умрет! Заснет и не проснется просто!
Вижу, как дрожат ее губы.
– Рэм! – зовет меня Злата где-то недалеко и я оборачиваюсь к ней.
– Привет, принцесса! – подхватываю ее на руки, убирая костыли в сторону. Злата крепко обнимает меня за шею, целует в колючую щеку. Вот, кто уж точно рад меня видеть! – Как вы тут без меня?
– Мирон подарил мне приставку и мы с ним играли, – улыбается она. – А Забава ругалась, что мне вот такие линзы пропишут.
Смотрю на маленькую ручонку, сжимаю ее в своей.
– Забава просто такая же серьезная, как мама. Тут только у тебя все хорошо с чувством юмора.
– И в кого я такая? – улыбается она широко.
– Как это в кого? В меня. – прикладываю ее руку к своей щеке и тоже широко улыбаюсь. – Похожи?
Оборачиваюсь с ней к зеркалу. Она смотрит на нас с каким-то недоверием, а потом смущенно прячет лицо у меня на плече и крепче обнимает за шею. Всхлипывает.
– Ну, что ты расстроилась? Будешь моей дочкой?
Кивает молча. Глажу ее по волосам.
– Тогда давай ты еще немножко с Миром и Забавой побудешь, а я с мамой вопросики утрясу кое-какие?
Уношу Злату в комнату. Возвращаюсь к Забаве, смотрю на нее пристально.
– Помнишь, мы разговаривали с тобой за жизнь?
– Я-то хорошо помню, а вы? – щурится. – Сказали, что если и уйдете, то не к бабе. И я же верила, что вы все это время какие-то дела решали. А теперь вот. – кивает на руку.
Блядь, кольцо это… Опять про него забыл.
Снимаю его и впечатываю ей в ладонь.
