— Поехали домой, — выдыхаю устало. — Какой-то насыщенный день получился.
Меня рубит, и поэтому я делаю музыку погромче. Мы снова молчим с Забавой. Но, в этот раз я крепко держу ее за руку и понимаю: это победа.
Забава вырубается ближе к дому. Я паркуюсь возле подъезда и пару минут сижу, просто любуясь ей. Бужу нежным прикосновением, и мы поднимаемся в квартиру.
Пускаю ее в ванную первой, выделив свою футболку, и непроизвольно возбуждаюсь, когда она выходит в ней, такая домашняя и беззащитная.
Поскорее принимаю душ и заглядываю в спальню.
Забава спит, свернувшись калачиком на моей большой кровати. От этого зрелища почему-то сбивается дыхание и щемит сердце.
Аккуратно ложусь рядом и притягиваю ее к себе, крепко обняв за талию. Несмотря на то, что я очень хочу спать, член стоит колом от близости желанного тела.
Но мне жалко ее будить.
Запихиваю руку Забаве под футболку, поглаживаю фарфоровую тонкую кожу. Перемещаюсь на грудь и обвожу ореолы, от чего соски под пальцами твердеют.
Потираюсь пахом об упругие ягодицы и болезненно морщусь от невозможности скинуть напряжение. Медленно ласкаю Забаву в надежде, что она проснется. Но Забава спит крепко. И я со вздохом прекращаю ее мучить, устраиваюсь поудобнее и закрываю глаза. Впереди у нас целая жизнь. Пусть спит.
Просыпаюсь от легких прикосновений к груди.
Забава лежит у меня на плече. Не открываю глаз, кайфуя от узоров, что рисуют ее пальчики по моим мышцам. Не хочется отрывать ее от этого увлекательного занятия, но мое либидо требует компенсации за пропущенную ночь.
Накрываю ее ладонь своей и медленно веду руку вниз, заставляю обнять член и не могу сдержать улыбку, слушая недовольное сопение моей монашки.
— Мирон, — смущенно рычит Забава.
Видимо, она совсем недавно проснулась, потому что ее голос еще хриплый спросонья.
— Я дал тебе выспаться, — шепчу, сжимаю ее пальцы крепче и толкаюсь в ее руку. — Отмазаться не получится. А вообще, я бы не отказался от утреннего минета.
Забава стонет и отворачивается от меня, пряча голову под подушку.
Поворачиваюсь к ней на бок и с усмешкой разглядываю своего страуса. Не хочет или не умеет?
— Да ладно тебе. Слабо? Так и скажи, — щекочу ее за подмышку.
— Хорошая попытка, — бурчит Забава из-под подушки.
— Да я же не настаиваю, — перемещаюсь рукой на ягодицу, — на минете. Можем попробовать в попку.
— Мирон! — подскакивает Забава и сердито смотрит на меня, краснея.
Смеюсь, притягивая ее к себе.
