Она разъяренной фурией летит в мою сторону, а я в состоянии какого-то оцепенения смотрю на то, как медленно поднимаются ее руки, а пальцы с длинными розовыми ногтями напрягаются в желании вцепиться мне в лицо и волосы.
Мне не страшно. Интересно, успею ли я увернуться? Мне иногда приходилось отстаивать себя в школе, но до драк особо не доходило. А сейчас придется драться… Хотя, рядом Мирон и, я уверена, что он успеет нас растащить прежде, чем мы повыцарапываем друг другу глаза.
Внезапно Крис цепляется за что-то ногой под снегом, спотыкается и теряет равновесие буквально в метре от меня.
Она нелепо взмахивает руками и начинает падать. Пытается ухватиться за мою куртку, но я отшатываюсь в сторону и она навзничь падает, ударяясь лицом об ступеньку бани.
Кажется, я даже слышу хруст, отчего я жмурюсь и по телу пробегает неприятная волна мурашек. Меня передергивает, а уже потом до моих ушей доносится тонкий вой.
В следующую секунду Мирон уже подбегает к нам и, бросив на меня взволнованный взгляд, присаживается перед Крис.
Опускаюсь рядом с ним. Я ж, вроде как, медик, и обязана оказать первую помощь.
– Ааа! – начинает рыдать девушка и садится, держась за щеку.
– Покажи, – тянет Мирон руку и отводит ее ладонь в сторону.
На щеке по центру виднеется белесо-фиолетовая вмятина.
– Синяк будет во всю щеку, – вздыхаю.
– Ааа! – громче взвывает Крис и снова закрывает лицо ладонью. – Это все из-за вас! Это все из-за вас!!!
– Это все из-за тебя, – обрывает ее Мирон и комкает в руках снежок.
– Не надо было истерики устраивать и в драку бросаться. На, приложи.
– Да пошел ты! – кричит девушка и бросает в него снежок обратно, а Мирон ловко отбивает его в сторону.
– Ну, как хочешь. Раз тебе помощь не нужна, мы пошли собираться.
Мирон встает и подает мне руку. Медлю, но он тянет меня за собой, уводя прочь.
– Мирон, – оборачиваюсь на рыдающую Крис и притормаживаю.
– Ее нельзя оставлять в таком состоянии.
– Я не собираюсь потакать ничьим манипуляциям, – зло бросает он и крепче сжимает мою ладонь. – А Кристина ведет себя как избалованная истеричка.
– Ну, она же вон какую операцию по твоему спасению провернула, – вздыхаю. – А ты…"
"– А я не просил, – повышает голос Мирон и притормаживает, серьезно заглядывая мне в глаза. – Отец ей ясно дал понять, что я жив и здоров, но она не успокоилась.
