Мой друг тролль

 – Тролль-Охотник. Моя рана уже заросла.

Не совсем так, но Карлссон приврал сознательно. Чтоб боялись.

Это хорошо, что их было четверо. Впятером таким кряжистым существам, как гномы и тролль, даже в просторном «рейнжровере» было бы тесновато.

– Ага, – мрачно проворчал Карлссон, оглядев троих киллеров. – Братья-дварфы. Двалин, Гэндальф и Хьюки, чума на вас и ваши мерзкие имена.

– Чем тебе не по нраву мое имя? – задрал рыжую бороду Гэндальф, сидевший справа от водительского места. – Тринадесять моих почтенных предков носили его! Почтенное гномье имя!

– Три десятка дерьмоедов из паршивых выгребных ям!

– Дерьмоедов? – вскинулся Гэндальф, хватаясь за ручку топорика, но был перехвачен мозолистой дланью старшего брата.

– Полегче, Гэнни! – проворчал Двалин. – Это же огр. Йотун-недомерок. Выгребная яма – его родной дом. Уютнейшее логово!"

"– В первый раз встречаю дварфа с чувством юмора, – ухмыльнулся Карлссон. – Вижу, люди и вас кое-чему научили. А теперь выкладывайте, почему вам вздумалось меня убивать. Да еще так бестолково.

– Тебя заказали, – спокойно ответил Двалин.

– Меня?!

– О том, что это именно ты, у меня информации не было. Фотография, адрес, где объект можно найти – и всё.

– Фотография, должно быть, была очень скверная, – предположил Карлссон.

– Почему так думаешь?

– Потому что мне трудно поверить, что ты меня не узнал. Мы ведь недавно виделись с тобой, Двалин. Не надо мне врать!

Гномов было трое – против одного тролля. Но Двалин был далеко не уверен, что они сумели бы справиться с Карлссоном.

Нет, не зря. Это же Охотник. Следовательно, где-то ошивается его зверушка. Втройне повезло, что в нужный момент Ночной Кошмар сидов был достаточно далеко. Хищник порвал бы троих гномов на сотню маленьких гномиков. Не помогли бы ни топоры, ни огнестрельное оружие.

– Я не вру, – буркнул Двалин. – Мне показалась знакомой твоя морда на фото, но у человеческой бумажки нет ни духа, ни запаха.

Карлссон подумал и кивнул, соглашаясь. Он бы тоже мог не узнать Двалина на картинке. Это ведь только лишенные всех нормальных чувств люди думают, что зрение – это главное… Да и зрение у людишек тоже…

«Стоп!» – оборвал лишние мысли Карлссон.

– Что ты можешь мне предложить, дварф, в искупление своей вины?

– Для начала – заказчика. Если надо помочь выяснить, чем ты ему не угодил, мы поможем.