Мой единственный

А еще Ор, когда развлечется со служанкой и не обнаружит Ричарда на месте, первым делом будет искать его в Уиллоу-Вудс. По разгрому, учиненному в номере, он поймет, что друг покинул гостиницу не по доброй воле.

Что вообще Мильтон может с ним сделать? Снова изобьет? Ничего нового. Прикажет запереть в комнате, угрожая посадить в настоящую тюрьму? Но кража перстня у родных вызовет в суде лишь смех, если до суда вообще дойдет. Кроме того, ему помогут сбежать отсюда задолго до того, как угроза сможет воплотиться в жизнь… Возможно, этой ночью он уже будет свободен.

Больше всего его волновали слова Джулии, что никто не станет спрашивать его согласия на брак. В поместье у Мильтона найдется, по крайней мере, один священник, который выполнит любой приказ графа. Но Джулия сейчас возвращается в Лондон. Уйдет не менее суток, а то и двое, чтобы привезти ее в поместье. Ричард был твердо уверен, что, узнав о причине, по которой ее зовут в Уиллоу-Вудс, девушка спешить не станет.

А он и подавно задерживаться здесь не собирался.

– Знаете, отец, вы могли бы попросить меня о встрече, а не тащить сюда, схватив за глотку.

– Мы оба знаем, что бы ты ответил, – сухо отозвался Мильтон.

– Возможно. А что если я вернулся домой, чтобы попросить у вас прощения?

Выдержав непродолжительную паузу, Мильтон произнес:

– Серьезно?

Ричард не смог заставить себя ответить утвердительно, пусть даже это могло дать ему свободу.

– Нет, но вы могли хотя бы попробовать узнать наверняка, прежде чем посылать за мной своих тупоголовых лакеев.

Ведь, реши я пойти на мировую, подобный прием наверняка заставил бы меня изменить первоначальные намерения. Но вы всегда поступали так: или избивали детей, или платили кому-то, чтобы…

– Хватит! – побагровев, перебил его Мильтон.

Ричард вскинул брови.

– Не желаете, чтобы судья знал, какой ужасной была моя жизнь под крышей этого дома? Но вы правы, отец. Мы оба знаем, что между нами никогда не будет примирения.

Какой смысл было привозить меня сюда?

– Надо платить по счетам. Ты в состоянии отдать огромные игорные долги, которые взвалил на мои плечи? Я до сих пор выплачиваю их герцогу Челтеру. В свое время он очень меня выручил, избавив чуть ли не от долговой тюрьмы. Однако теперь он постоянно мне об этом напоминает.

Ричард молча смотрел на отца. Проклятые негодяи все же добрались до графа и потребовали заплатить карточные долги.