Маша, посмотри мне в глаза.
Я нехотя подняла взгляд на его лицо и шмыгнула носом, как маленькая девочка.
– Ты не должна плакать. – Твердо сказал Денис. – Не из-за чего. Плакать надо тогда, когда больше ничего другого тебе не остается. Поняла меня?
Я кивнула.
– Извини, я… Я не знаю, почему… они катятся по щекам. Я… Ты не должен быть таким, – шептала я горько.
– Каким?
– Идеа… идеальным. – С трудом выговорила я.
– Ты не хочешь, чтобы у тебя был идеальный парень? – шутливо спросила он, но я поняла, что Смерч насторожился.
– Если я хочу быть с тобой, – я сглотнула, – значит, ты идеален для меня априори. Даже в своих недостатках. Денис, Денис, пожалуйста, будь самим собой? Не переживай. И не вини себя ни в чем.
– Это легко сказать, – склонил он голову и улыбнулся.
– И не делай вид, что улыбаешься или смеешься, если на самом деле тебе горько. – Я коснулась губами его подбородка. – Ты должен жить для себя, а не для других. Понял?
– Понял, Маша. – Дэн прерывисто вздохнул и посмотрел на темную речку.
– Если ты мне будешь помогать, я…
– Буду, – перебила его я.
– Тогда хорошо. Я буду стараться. А ты не плачь. Иначе я выкину тебя в речку. Маша, серьезно, я слез женских боюсь. А особенно, как оказалось, твоих.
– А почему ты не дрожишь от страха? – вновь всхлипнула я.
– Потому что я – мужчина, – гордо изрек он. – И я ничего не должен бояться.
– Эй! Опять идеальничаешь.
– Неа. Я просто хочу, чтобы ты успокоилась. Ты плачешь – и мне плохо. Правда, солнышко мое. Хочешь, я назову тебя котенком?
– Мур-мур.
– Хихикая, сказала я. После его слов слезы сами по себе стали высыхать.
– Вот и хорошо. – С одобрением проговорил Смерчинский. – Молодец. Не плачь больше.
На несколько минут мы замолчали. Дэн продолжал сидеть на траве, вытянув вперед длинные ноги, а я положила голову ему на колени и стала смотреть в вечернее бескрайнее небо. А потом откуда-то потянуло дымом, и я поморщилась. Денис, рассматривающий мое лицо, тут же заметил это и спросил:
– Маша, я давно хотел узнать.
Ответишь? – он дождался моего кивка и только тогда продолжил, не забыв вновь вытереть мою мокрую щеку, по которой бежала последняя слезинка. – Почему ты не любишь дым? Ты ведь огненная девочка, а его просто не переносишь. Есть причина?
– Ну-у-у… – Замялась я. – Просто…
– Говори. Про меня ты знаешь все, я тоже хочу знать все о тебе. Иначе, как я буду тебя защищать с недостатком информации о своем Бурундуке? – улыбнулся он подбадривающее, играя с моими волосами.
