Молодой человек только головой покачал. Однокурсники зашагали вверх по лестнице. Девушка торопливо, парень – медленно.
– Вот возьми, твоя тетрадь, – вспомнив, протянул он ей тетрадь по английскому языку, только что принесенную Дэном.
У Чипа даже глаза расшились от удивления, когда она схватила свою тетрадку:
– Ого! Откуда она у тебя? Украл, что ли?
– Делать мне больше нечего, – фыркнул тот. – Ты ее потеряла. Растяпа. Забыла ее вчера в аудитории, когда переписывала домашку, а я взял, – важно изрек парень.
– Какой ты важный и хороший, – захихикала Маша и заявила: – Если что, я за тебя замуж выйду, Чащин.
– А как же Смерчинский?
– На фиг его. На фиг, на фиг, – произнесла девушка, что-то явно вспомнив. Димка еще раз вздохнул и первым, оттеснив плечом тут же возмутившуюся Марию, зашел в нужный кабинет.
Англичанка сегодня меня похвалила. Сказала, что я превзошла сама себя, и если бы я каждый раз в течение одного семестра отвечала так же хорошо, как и сегодня, и так же усердно делала домашнее задание, то, вероятно, сдала бы предстоящий уже совсем скоро экзамен с первого раза.
А я действительно старалась, отвечала что-то, тянула руку, раз уж завладела готовой домашкой, а вот Димка, хоть и имел при себе готовые задания, но все равно не слишком-то рвался отвечать. Развалился сзади, как король, переписывался с кем-то по телефону и отмалчивался, отвечая лишь тогда, когда препод спрашивала его. Идиот, свое счастье из рук упускает. Зато я блеснула по полной программе.
Орел впервые в жизни гордо воспарил на крышу этого курятника, кудахтающего на непонятном наречии.
– Эй, Чащин, – позвала я Димку после того, как часы ада на английском закончились и мы стали собираться домой.
– Чего тебе? – отозвался он уже из коридора. Я догнала его, растолкав одногруппниц, которые вновь хотели начать терроризировать меня насчет моего общения со Смерчем.
– Видел, какая я сегодня была умная? – хвастливо спросила я.
– Безумно умная, – закивал Димка.
– Началось… Чего ты ко мне все время придираешься? Короче, спасибо тебе, что тетрадку принес, а то… – я не договорила, но одногруппник и сам все помнил.
И сразу же заважничал.
– Не за что, Бурундукова. С тебя – протекция, – тут же заявил он.
– Ты достал меня с этой протекцией! – разозлилась я. – Никакой тебе протекции!
– Тогда, – замедлил Димка шаг, – разрешаю тебе угостить меня пиццей.
– Разрешаешь? – переспросила я, прищурив один глаз. – Да ты никак джентльмен.
Я тут же вытащила кошелек и принялась пересчитывать деньги.
