Не блистаешь ты, конечно, но все нормально будет. Ты не в теории блистать будешь, а в практике, позже. Свадьбу вижу какую-то. Погуляешь на ней. Лето хорошее тебе будет, но будешь много думать и скучать. Да… Остерегайся обманов. И неискренних людей, – внимательно всматриваясь в карты, произнесла гадалка. А потом тебе предстоит сделать выбор. Если правильный – быть тебе счастливой. Неправильный – упустишь счастье.
Я изогнула шею, чуть не ударившись лбом о приподнятые в странном жесте руки женщины со странными черничными глазами, и увидела на карте изображенного красивого юношу, стоявшего на развилке между двумя барышнями: слева роскошная блондинка в нежно-голубом платье, справа: молоденькая милая девушка в одеянии цвета морской волны.
Над всей компанией завис на фоне схематичного солнца Купидон.
– Искушений не бойся, ищи. Ищущий, знаешь ли, найдет и успокоится.
– Я после таких слов точно не успокоюсь, – отвечала я.
– Ну, что могла сказать, то сказала, – отмахнулась от меня, как от мухи, гадалка.
Но у меня к этой загадочной особе было множество вопросов.
– А помните, в прошлый раз я была с парнем, и вы ему кое-что сказали? – спросила я. – Про Лазурную, правила, еще какую-то муть… то есть информацию.
– На память не жалуюсь.
– А вы не можете мне рассказать, в чем дело-то? Что с ним? Что вы имели в виду?
– Не могу, – отрезала женщина с картами. – Если он сам захочет – он тебе и расскажет. Не лезь пока в его жизнь.
– Но вдруг мне судьбой предназначено его плечи обнимать обнаженные, – уставилась я на гадалку, – у него ведь имя как раз на букву «Д».
Вы мне сейчас не скажите, а я потом ни с чем останусь. И будете виноваты в моей не сложившейся судьбе.
– Еще и наглая, – пробормотала женщина, бережно укладывая карты в мешочек. – Не могу сказать все равно. Только одно: в его жизни было две потери, постарайся не стать третьей. Выбери правильно, Мария. Аревуар, девочки. Некогда мне.
И все, больше ни слова она не проронила, резко встала, взмахнув подолом широкой юбки, подхватила свои более чем скромные пожитки и молниеносно покинула нас, ошарашенных такой информацией.
Я, Лида и Марина молча дошагали до ближайшей лавочки, на которой восседало двое влюбленных голубков лет четырнадцати, и нагло уселись рядом, изрядно потеснив их. Мальчик и девочка, трогательно держась за руки, предпочли свалить, уступив лавочку нам.
А мы тут же начали делиться впечатлениями.
