"
"Я с любопытством уставилась на нового знакомого, так неожиданно навязавшегося в дружки. На-а-адо же. Я тоже рок-группу «На краю» люблю, и как раз эту песню, «Шоколад и виски», безумно обожаю. Она совсем для творчества ребят из «НК» нехарактерна, но офигенно красива. А какой там у солиста голос! Блеск! Говорят, песня посвящена какой-то девушке, которую любит фронтмен группы, но я не представляю грозного, как господин Зевс в молодости, солиста Кея [3] влюбленным… Он чувак, конечно, красивый, и грим у него прикольный, но наверняка он из тех звезд тяжелой сцены, которые «пользуются» фанатками и пускаются во все тяжкие.
Что, я не знаю, какой жизнью живут музыканты? Секс, наркотики и рок-н-ролл. Хотя если музыка классная, то на поведение исполнителей мне вообще плевать, главное, чтобы продолжали меня творчеством радовать и на концерты к нам приезжали!
Хм, неужели у нас со Смерчем одинаковые музыкальные вкусы? Но даже если он любит неформатную альтернативу, хард-рок и метал, он все равно мне не нравится.
Пока я размышляла и решала, спросить ли Сморчка, сильно ему нравятся «НК» и какие группы тяжелые он слушает еще, Дэн с кем-то приветливо переговаривался по телефону, нетерпеливо постукивая ногой. Закончив переговоры, он резко развернулся ко мне, подумал мгновение, а потом, схватив за запястье, поволок за собой. Я, едва поспевая за ним, так заорала – именно заорала, не благим матом, конечно, но довольно громко – парочка молодых людей, выгуливающих собачку на поводке, нехорошо взглянула на меня.
– Ты чего творишь? Ты куда?! Буйный, что ли?
– Звонил мой друг. Ему удалось прочесть Ольгины смс. Сказал, что они с Никитой договорились встретиться сегодня в половине седьмого в Торговом центре «Рай», – поведал мне Сморчок, целеустремленно несясь вперед. Я хоть и бегала хорошо – недаром была в женской университетской команде по футболу, но за ним едва поспевала.
– И что с того? А чего это князевские смс ты сам читать не можешь?
– Друг будет переправлять все ее смс мне, а потом и все сообщения Никиты Кларского.
– Ого! – присвистнула я. Вот это размах операции! – И что он пишет? Блин, я от тебя в шоке нереальном, Смерчинский. И что мы сейчас будем делать?
– Будем за ними следить. Нам надо хорошенько потрудиться, чтобы они расстались! – некоторая грусть в начале его слов тут же сменилась радостью, как будто мы неслись развлекаться.
– Не буду я ни за кем следить! – истошно заорала я, пробуя отцепиться, но это у меня не получилось.
