Про Никиту и Ольгу все (то есть моя персона, Сморчок и его великолепные дружки во главе с Черри) благополучно забыли, а когда я перевела взгляд на их место, то ни того, ни другую не обнаружила. Я даже привстала, подумав, что эти двое как-то по-особому улеглись на диванчик (мало ли, чем эти двое решили заняться прямо в кино), но не нашла их. Кроме того, через пару секунд я с огромным удивлением поняла, что место рядом со мной тоже пустовало! Только лишь полупустое ведро попкорна (остальные Денис прикончил) да бутылка газировки лежали на мягком диванчике, явно не зная, куда смылся их ветреный хозяин.
Смерча нигде не наблюдалось.
Куда он-то пропал?!
Я завертелась во все стороны, пытаясь увидеть парня. Увы, от него и след простыл.
Ветром, что ли, сдуло? Хотя… он сам ветер, сам себя сдуть не сможет. Только вот сможет поменять моему внутреннему орлу курс, чтобы тот сбился с правильного направления…
Вот же козел!
Не зря я подумала мимолетом, что Смерчинский прекратил трещать, как сорока, и не смеялся над дуростью дружков, даже своих ценных комментариев не вставлял.
Он просто-напросто смылся. И когда только успел, поганец? Ну зачем же я с ним связалась, и еще глупую бумажку подписала!
Вскочив с места и обозвав про себя Дэна еще раз, я схватила рюкзак, попкорн, колу и, протиснувшись мимо нескольких соседей по диванчикам, которые меня, впрочем, не замечали, – так сильно они были поглощены разборкой на нижнем ряду, едва ли не бегом направилась к выходу из зала, оглядываясь по сторонам и безуспешно ища хоть кого-нибудь из пропавшей троицы.
Если я вдруг сейчас узнаю, что «партнер» меня разыграл, я навсегда прерву род Смерчинских по его линии.
В последний раз оглянувшись назад, с удовольствием отметив, что драка может начаться с минуты на минуту, и пожелав большой удачи Черри, я выбежала в яркий коридор, заполненный кучей людей, спешащих на сеанс в другие залы кинотеатра. Однако Дэна, Князевой и Ника не было и там. Не было их и в вестибюле, и в кафе напротив, и в баре «Кино-Рая».
Ситуация конкретно злила, да и пугала тоже – представляю, если сейчас Сморчок сидит около хохочущего Никиты и показывает ему наш договор, рассказывая басни о моем психическом здоровье. Точнее, нездоровье. А Князева сидит рядышком и, кокетливо прикрыв хлебало, то есть, конечно, очаровательный ротик, хихикает над дурой Машкой. Собственные мысли подстегивали меня. Еще немного, и я, наверное, уже поверила бы сама себе, что все происходящее – просто злой розыгрыш.
