Когда сэр Грей приезжал к нам, утро это было или ночь, отец, смеясь, хлопал его по плечу. «Ну что, проверим, не заплыл ли ты жиром в столице»? Мама смеялась: «Опять пошли силушкой мериться». Как-то отец сказал, что не хотел бы сойтись с другом в настоящем бою.
Как бы хороша ни была Ева, она оставалась женщиной, а лорд Грей – сильным мужчиной. И оба были хранителями. Ей его не одолеть. Рэндольфу – тем более, и его недавно обретенный сын снова останется сиротой.
Но если сражаться будет Рик, я сойду с ума от страха, наблюдая за поединком.
"
"Ева ведь сама этого захотела! Сама вызвалась!
Ева вызвалась, уцепившись за единственный шанс отомстить. Точно так же, как я не могла обвинить лорда Грея в гибели Рика, Ева не могла говорить за Акиля. Даже если бы он сделал ее женой по какому-то своему обряду, в глазах света она всегда будет лишь любовницей нелюдя.
Но сейчас у нее не оставалось причины рисковать. Нет, она не откажется от своих слов, и все же это будет неправильно. Ее моя история не касается никак, это Ричард вправе хотеть расплатиться с тем, кто руками моего отца уничтожил его семью, надеясь услужить регенту и получить за услугу земли «предателей» и их титул.
Но регент, солдат до мозга костей, решил, что земель и титула достоин тот, кто не побоялся замараться в крови…
Но я не могу, просто не могу сама подставить голову Рика под меч!
Я снова посмотрела на него. Акиль дернул Ричарда за рукав, что-то сказал. Тот ответил, бездумно провел кончиками пальцев вдоль шрама. Я попыталась поймать его взгляд, но он смотрел не на меня – в спину лорда Грея.
И улыбался. Так улыбается хищник, почуявший кровь. До сих пор я не знала его таким.
«Я упал в ненависть, точно в материнские объятья…»
Лорд Грей называл Рика чудовищем. Наверное, для нормальных людей тот, кто шел к цели не оглядываясь, не зная жалости к себе, не страшась смерти, в самом деле казался чудовищем. Вот только таким его сделали мой отец и лорд Грей.
– Ричард Мортейн будет моим защитником, – сказала я.
Если что, Рэндольф прикончит меня на месте, и это будет к лучшему.
– Значит, правду говорят, что ты раздвинула ноги перед тем, кто убил твоего отца, едва ли не прежде, чем остыло тело, – хохотнул лорд Грей.
Нет, не на моей совести смерть отца! Лорд Грей заварил эту кровавую кашу. Это его действия довели отца до того, что он ждал смерти как избавления. Только угроза наслать на замок чумных, уничтожив семью, удерживала его на этом свете. Но лорд Грей не стал тратить силы на поверженных.
