На плече возник его котейшество, перепрыгнул на меня, больно вцепившись когтями, хлестнул хвостом по лицу и сиганул на траву, продолжая мчаться за бабочкой.
Мы с Аланом переглянулись и расхохотались.
– Что такое не везет, – выдохнул он, разгибаясь. – Вот ведь удружил, зар-раза мохнатая!
Я стерла с лица шерсть, все еще хихикая. Сунула Алану в руки лукошко.
– Утешайся.
Пожалуй, кот появился очень вовремя. Как-то не доводилось мне еще целоваться с парнем, которого знаю от силы три дня. Да и то сутки без чувств провалялась.
Что на меня такое нашло?
– Неравноценная замена, – хмыкнул он, пряча руки за спину. – И вообще, я же сказал, что это тебе.
– А я сказала – пополам.
Я уселась под яблоней, скрестив ноги, поставила лукошко подле себя. Алан растянулся на животе, опираясь на локти. На его лопатке проступили кровавые полосы. Похоже, кот, вскарабкавшийся по нему, как по дереву, не слишком церемонился с хозяином. У меня и самой немного саднило плечо, но обижаться на его котейшество было еще сложнее, чем на его хозяина.
– Здорово расцарапал? – спросила я.
– Ерунда, – отмахнулся Алан.
Какое-то время мы молчали, наблюдая, как кот гоняется за бабочкой. Ветер шевелил листья, скользил прохладой по коже. Земляника таяла во рту. Было тихо, тепло и спокойно. Давно мне не было так спокойно.
Его котейшество, устав скакать, вернулся к нам. Потерся мордой о плечо Алана, обнюхал землянику, счел ее не стоящей внимания. Взобрался мне на колено, потом, потоптавшись, свернулся клубком, устроившись между моих бедер.
Я почесала его за ухом.
– Хотел бы я быть на его месте, – хмыкнул Алан.
– Могу и тебя за ухом почесать, – я сделала вид, будто не понимаю намека.
Это… бодрило. Совсем как в Бенриде. На балах девочки появлялись с пятнадцати лет, и подобные разговоры мне доводилось вести не раз. Да, на балах намеки тоньше, а фразы витиеватее. Однако это была все та же игра – вечная игра мужчины и женщины, в которой я пока не хотела – а может, не осмеливалась – заходить слишком далеко.
– Для начала и это сойдет.
Он придвинулся ближе, ткнувшись лбом в мое колено. Я потрепала Алана по волосам. В былые времена подобные вольности казались бы допустимы лишь с очень близким другом или… кем-то куда больше, чем другом. Но где они, те времена?
Я понимала – или мне казалось, что понимала – почему он так напорист. После темноты подземелья, воя чумных, запаха сгорающих тел хотелось ловить каждый миг жизни.
